Наследник для врага

И что мне тогда делать?

Глава 5. Соня

— Я удивлён.

Застываю на кухне, слыша голос Яна, чувствуя мужчину. Кажется, что даже воздух электризуется, становится гуще из-за чужого присутствия. Между лопаток давит чужой взгляд, натягивая нервы до предела.

Мне все ещё сложно поверить в то, что Ян вернулся в мою жизнь. Похитил меня! Устроил какую-то личную вендетту моему отцу. Кажется кошмаром, просто я всё никак не проснусь.

— Что я готовлю? — разворачиваюсь к мужчине, сжимая в руках нож. — Я не думала, что нельзя…

— Нет, Сонь.

Даже не пыталась сбежать?

— Может пыталась.

Возвращаюсь к завтраку, продолжая нарезать томаты тонкими ломтиками. Мне кажется, что каждый разговор с Волковым даётся всё сложнее и сложнее."

"Я не смогла нормально уснуть этой ночью. Ян оставил меня в одиночестве на балконе, но я даже не пыталась кричать и звать на помощь. Секунда дела, чтобы мужчина заставил меня замолчать.

Ворочалась в кровати, всё не могла найти правильную позу. И мысли съедали изнутри. А если Ян прав? Если отец действительно мог сделать что-то настолько ужасное…

Конечно, папа никогда не навредит мне или моему ребенку, это бред.

Какие бы не были разборки, это ведь я! Даже будь я беременна от самого ужасного человека в мире — это ведь его внук.

Да, папа не был рад, что я так рано жду ребенка. Не одобрял этого и предлагал аборт в качестве варианта. Но ведь все сроки уже прошли, решение принято. И я уверена, что Ян просто пугает меня, чтобы я сама осталась.

Но…

Страх царапает, не позволяет думать рационально.

Меня бросает от одного решения к другому, мысли взрываются. Как мне понять, что действительно правда?

— Не пыталась ты сбежать, — Ян облокачивается на холодильник, внимательно следит за моими движениями. — За квартирой следят мои люди, они бы тебя вернули и разбудили меня. А так как я спал…

— То поводов не было.

— Умница. Что готовишь?

— Омлет.

— Поделишься?

— Прости, не нашла мышьяк, так что твоя порция будет неполной.

Огрызаюсь, открывая банку с оливками.

Где-то орет инстинкт самосохранения, что Ян из больницы и Ян нынешний разные люди. Нельзя так говорить, нельзя нарываться. Мне может в любой момент прилететь, кто знает, на что способен мужчина.

Но молчать не получается. Сарказм рвётся, единственное, чем я могу сейчас защитить. У меня нет оружия или охраны, нет ничего, с помощью чего я могла бы противостоять Яну.

Только резкие слова.

Которые вызывают у Волкова резкий смех, от которого холодок бежит по спине.