Нахал

Он покачал головой, а затем, избегая смотреть в глаза, пошел в душ.

POV. Эдуард

Ледяные струи воды помогли хоть немного прийти в себя. Я просто потерялся в ее слабых стонах и остервенелых поцелуях, растворился в прикосновениях. Она была такой горячей, податливой и влажной – ошалел от этой ласки. Ещё ни разу не получал столько удовольствия от близости…

Близость.

Побоялся что-то испортить, поэтому сейчас все было для неё. Я пробудил в ней зависимость от моего члена. И Ангелина быстро приняла правила игры: она двигала бедрами, как под дурманом.

Я обожал эту борьбу. Обожал страстное неукротимое выражение штормовых глаз. Оно срывало чеку, высвобождая внутреннего психа на свободу. Но несколько часов назад понял другое – хотел любить её иначе, отдавая всего себя.

Насмешливые глаза цвета морской непогоды перекромсали на внутриклеточном уровне. Одинокий волк превратился в домашнего пса. Она надела на меня поводок!

Обмотал полотенце вокруг бедер, возвращаясь для второго раунда, однако кровать оказалась пуста – эта гордячка снова сбежала.

Лина сидела на крыльце, завернутая в белоснежную простынь, и медленно затягивалась сигаретой.

– Не знал, что ты куришь, – улыбнулся, усаживаясь рядом с ней.

– Первый раз. Сегодня все в первый раз. Если уж нарушать запреты, то по полной. Правильно? – устало пробормотала она, шмыгнув носом, чтобы, очевидно, отогнать слезу.

Наши взгляды встретились. Розовый закат в глазах красавицы был похож на густое малиновое варенье.

«Я хочу жениться на тебе…» – чуть не выдал вслух, но вместо слов погладил по щеке.

– Завтра отвезу тебя, куда нужно…

– Знаешь, я очень надеялась, что этого удастся избежать, – пространно заключила, и по коже пробежал холодок.

– Я настолько ужасен?

В ее взгляде промелькнуло непонимание, которое тут же сменилось выражением мучительной безысходности. Мне стало не по себе. Ангелина опустила ресницы, вздохнула, но так ничего и не ответила.

– Это все стихия. Сами небеса помогли тебе затащить меня в койку.

– Скажешь мне что-нибудь хорошее?

– Я не стану заявлять на тебя, – улыбнулась одними глазами.

– Окей. Это уже что-то.

– Я хочу спать.

– А я тебя. Мы ведь только начали…

– Эд…

– Перебесишься, Линка, – рывком усадил её на колени, и с силой штормового ветра по новой напал на губы…

Наши нетерпеливые языки устроили настоящее сражение.