Над пропастью во лжи

Только извращенец! Развернулась и саданула незнакомца ещё раз под дых. При этом так противно голося на одной ноте, что собаки в соседней деревне решили, что тут поминки и подпели мне стройным воем. Мужик согнулся пополам, и попытался выхватить у меня грабли. Я дернула их на себя, но не рассчитала и оказалась пойманой в захват длинных пальцев, что сцепились на моём запястье.

Ветер отогнал облака, и я узнала писателя, который в попытке найти второе дыхание неудачно оступился и начал заваливаться набок. Поскольку мы были в тандеме, мне ничего не оставалось, кроме как выбросить грабли и упасть на мягкое.

Мы смотрели друг на друга, как в старых чёрно-белых фильмах. Глаза в глаза. Губы к губам. Вот представьте: ночь, полная луна, мужчина, и женщина на нем. Наше дыхание в унисон, и касание тел близкое. Сейчас он отведёт мои волосы от лица, вдохнёт полной грудью. А потом поцелует, и я превращусь… я превращусь… Ой, да какая к хренам разница, лишь бы не в тыкву.

– Добить решила? – спросил сдавленно мужчина.

Нет, тыква не такой уж плохой вариант.

– Какого корнеплода ты забыл ночью в моём саду?

Я уперлась руками с двух сторон от писателя и встала в планку. Не рассчитала, и моя коленка как-то неудачно уткнулась в бедро. Прозаик заматерился, а я, подгоняемая адреналином и собственной дурью, взвилась в воздух. Отряхнула колени. Нашла вторую калошу и повторила вопрос:

– Тебе чего не спится?

– Серенады пришёл петь, а то ты просто так не хочешь со мной говорить.

– А где твоя гитара? – нарочно пропустив мимо ушей последнюю реплику, дотошно уточнила я.

– А я акапельно. О донна моя, краски дня догорели, так выйди скорей на балкон.

Меня передёрнуло. Либо голоса у мужчины реально не было, либо он испытывал мои нервы на прочность. В глубине души зародилось мерзкое чувство, что просто бесил.

– Можно без прелюдии? – спросила, и сложила руки на груди.

Писатель встал с земли, сверкнул на меня янтарными глазами, и внутри что-то дёрнулось.

– Я хочу тебя нанять, – серьезно и очень твёрдо. А я не оценила и заржала. Аж хрюкнула один раз. Но моё веселье не было оценено. Мужчина просто наблюдал за моей истерикой.

– Зачем тебе глупый ребёнок, которому папа всё покупает? Или решил сам поиграть в папика?

Ночного воздыхателя перекосило, словно он простокваши хлебнул. А я ехидно улыбнулась.