Начисто

Чувствуешь, какая я для тебя мокрая? Хоть простыню меняй».

Я вновь переворачиваюсь на спину и провожу пальцами между ног. Каждое касание пробегает по телу молнией. Вода очень хорошо пропускает ток, а я действительно теку, как последняя шлюха.

«Конечно, чувствую. Ты хочешь меня? Я мечтаю однажды это услышать. Эти слова звенят у меня в ушах, когда я кончаю».

«Я хочу тебя. Очень. Сделай это…»

«Большой палец на клитор. Указательный, средний и безымянный – внутрь».

Так и делаю. Мышцы сходу не поддаются. Сокращаются, как ненормальные, но от этого наслаждение только усиливается.

«Да!»

«А теперь погладь клитор».

«Ты со мной?»

«Я с тобой, моя девочка. Так далеко, как еще не был. А теперь послушай меня. Это становится очень неудобным… Поэтому прямо сейчас ты наберешь мой номер. И положишь телефон на подушку рядом с собой».

«Клим!» – меня будто холодной водой окатывает.

«Я просто не хочу, чтобы ты отвлекалась на писанину. Но очень хочу твои эмоции, твои всхлипы и стоны... Поэтому, пожалуйста, Ясь.

О боже! Я наверняка об этом пожалею, но переписываться и впрямь неудобно. Я замираю, в нерешительности занеся палец над телефонной книгой. Эмоции долбят в уши. Низ живота сводит от неутоленного желания. Молотов и впрямь отличный любовник, но сейчас я даже при желании бы не вспомнила, как хорошо мне с ним было. Впервые за всю мою сознательную жизнь я целиком и полностью погружена в другого мужчину. Я звучу в унисон с ним. Я – пластилин в его руках. Я – раба всех его желаний.

Вот почему я жму на дозвон. Практически тут же он принимает вызов. Со свистом гоняя туда-сюда воздух, кладу телефон на подушку, как мне и было велено. Клим не один в камере. И уже не может мною руководить. Только слушать. Значит, это мое шоу. Облизав губы, я жарко шепчу:"

"– Прямо сейчас ты ласкаешь мой клитор.

Он молчит и тяжело дышит в трубку. Я погружаю в себя два сложенных вместе пальца, не прекращая второй рукой ласкать клитор. Стону… Захлебываюсь. Мне хорошо. Наше дыхание синхронизируется.