Мы выжили! Начало

Прошли ряд каких-то ангаров железных, встали и прислушались — тишина, только ветер немного подвывает в проводах столбов освещения. Жутковато немного стало, глядя на грязно красное небо, почему-то вспомнилась картинка из детства, когда мы с отцом закрывшись в ванной проявляли фотографии при свете светильника с плотным красным светофильтром. Сбоку скрипнула не до конца оторванная ураганами жестяная труба ливнестока, болтаясь под крышей здания, добавив еще немного жути в окружающую обстановку и заставив нас замереть.

— Долбаная труба, — выругался я, чувствуя, как волосы зашевелились под шапкой, — чуть не обделался мля.

— Угу, — кивнул Юра, — здесь постой, я к штабу.

Исчезнув в темноте, Юра оставил меня одного. Я медленно начал поворачиваться на 360 градусов, осматривая место, часть старая, вон и год постройки выложен на фронтоне кирпичного здания — 1952, как сказал Юра, тут раньше артиллеристы находились, потом связисты, а потом передали эту часть тыловой службе, превратив в «автостоянку» для техники на консервации.

— Иди за мной, — неожиданно зашипело в наушнике, заставив меня вздрогнуть. Да что ж такое! Вот блин Вовка, «Нострадамус» хренов, предчувствие у него…

— Принял, — ответил я и поспешил к напарнику.

Юра стоял рядом с шиферной крышей одноэтажного кирпичного здания, как он сказал караулки, в десятке метров было ещё одно, побольше — штаб. Обошли крышу караулки, перекусили болторезом небольшой навесной замок на дверце во фронтоне и пробрались на чердак, где включив фонари осмотрелись

— Юр, а тут вообще много народа служило? Штаб-то вон какой.

— Последние лет двадцать только ВОХР и трое прапоров — алкоголиков, часть не боевая, склад по сути.

— Ясно.

— Ну-ка помоги, — Юра ухватился за крышку лаза — щит из досок оббитый жестью.

Чуть приподнявшись, крышка застопорилась, а под ней что-то громыхнуло.

— Там цепь снизу, — пояснил Юра, — и замок. Загляни, болторезом дотянешься?

— Нет…

— Ну тогда ломаем, дай-ка фомку.

Оторвав две хилые петли, приподняли щит, и развернув его по диагонали скинули вниз, де он громыхнув повис, раскачиваясь на цепи.

— Посвети, — сказал Юра, — и винтовку держи.

Спустившись вниз, мы оказались в помещении сушилки, на стене несколько зарешеченных ТЭНов, два овчинных тулупа на вешалке и пара валенок под ней.

— Надо будет прихватить, — посветил я фонарём на тулупы.

— Обязательно, — кивнул Юра, и открыл дверь.