Муж на сдачу (СИ)

Естественно, мужчины его запретили, но для нас нет преград, если есть достойная цель, поэтому это зелье, разумеется, в тайне, производят в Андастане. К нам оно попадает нелегально, с караванами. Я обещала устроить ваш брак, я его устрою, только слушайтесь меня во всем, — посетительница доверительно положила руку на предплечье аманты и, словно невзначай, скользнула пальцами по обнаженному запястью.

Миг, и выражение глаз Амины изменилось.

— Конечно, миледи, — ответила она. — Я сделаю всё, что вы прикажете! Отошлю служанку, открою коробочку и рассыплю порошок по всей спальне, а потом лягу спать и просплю до утра.

Аманта, развернулась и вышла из гостиной, сразу забыв о гостье."

"Посетительница довольно улыбнулась и, не прощаясь, покинула дом, задержавшись только возле входной двери.

— Хозяйка передала вам это, — протянула она руку к привратнику, тот машинально потянулся забрать лоскут ткани, пальцы соприкоснулись, и мужчина потерял ко всему интерес, перестав замечать странную гостью.

Удовлетворенно хмыкнув, женщина убедилась, что улица пустынна, и выскользнула за ворота, спеша отойти подальше.

Итак, это дело сделано. Жаль, что малая сила дара не дает ей возможность накладывать чары надолго, но пары оборотов ей хватит, ветер уже поднимается.

Оставшись одна, Амина, бездумно прошла по спальне, потом приказала служанке принести ей теплое молоко с медом и приготовить постель.

Удивившись, что хозяйка собралась так рано — еще только сумерки! — ложиться спать, служанка спорить не стала, а сделала, что велели.

— Можешь быть свободна, — отослала ее аманта. — Утром разбудишь меня сразу, как встанет солнце.

Спать ложиться было рано, раз хозяйке на сегодня она больше не нужна, то появилась удобная возможность сбегать домой, навестить своих, а с рассветом она вернется, Амина и не узнает, что служанка ночью отсутствовала!

Окрыленная идеей, девушка, стараясь не шуметь, выбралась из дома через калитку на заднем дворе и припустила по улице, спеша скорее добраться до места.

Утро принесло в замок две новости. Слуги судачили, что одна из них — ужасная, а одна — хорошая, но родственница графа так не считала.