Соблазн

Ладони сжимают меня крепче, фиксируя голову. Хруст! И я испуганно вскрикиваю от силы и яркости ощущений, не в силах различить, больно мне или приятно.

— Всё хорошо… Я не сделаю больно. Голова часто болит?

— Да.

— Вы пьёте оральные контрацептивы?

— Да.

— Их надо временно отменить. Возможно, это побочка.

— Мхм…

Борис точно не одобрит этой рекомендации! Презервативов в его мире не существует. При попытке надеть сразу пропадает эрекция…

— Вам нужен бассейн… и периодический массаж…

От его голоса и пальцев по телу идёт дрожь, и мурашки пляшут по затылку.

— Так полегче?..

Судорожно вдыхаю:

— М??

— Голова?

— Аа…

А я её где‑то потеряла!

— Да, — запоздало отвечаю я. — Это всё?

Боги, в моём голосе сожаление! Я — позорище…

— Если Вы не против, я продолжу.

И, не дожидаясь ответа, скользящие пальцы сжимают мочки моих ушей, массируя и двигаясь по кромке вверх‑вниз.

Боже мой… Пальцы на ногах поджимаются от удовольствия. Я даже не знала, что такие ощущения живут в моём теле! Мне страшно открывать глаза, чувствуя, как полыхает лицо.

Но это же просто лечебный массаж, да?

Перемещается мне за спину. Пальцы двигаются за уши. Спускаются по шее ниже. И он разводит в стороны ворот моего халата, тяжёлые ладони ложатся на плечи, и пальцы чуть болезненно вдавливаются в спину.

Взмахиваю руками, теряя равновесие от слишком острых для меня ощущений.

Его кисть тут же оказывается на моём животе, крепко вжимая в мужское тело. Я громко, судорожно вдыхаю. Чувствую спиной, как бьётся его сердце. Мои трусики становятся мокрыми, и, кажется, бёдра тоже.

— Нужно присесть… — на ушко… хрипло, тихо.

Кровь стучит в виски, голова кружится, тело как гуттаперчевая кукла.

Он усаживает меня. Я чувствую его тело спиной. Это слишком! Где‑то там глубоко я это осознаю. Но… ничего не могу сказать.

Пока пьяные, невнятные и противоречивые мысли несутся в моих мозгах, его смазанные маслом руки скользят по моей коже, с каждым движением всё сильнее сдвигая ткань халата по плечам вниз. Придерживаю его на груди.

Мои плечи тонут в его ладонях… И это так хорошо, что я сейчас зарыдаю… Он отыскивает какие‑то пронзительные точки…

И я ловлю себя на том, что прогибаюсь, подставляя ему шею для поцелуя.