Мракокрад

Маленькие перемены сейчас несут большие перемены в будущем, так что нет смысла заглядывать глубоко вперед, верно?

По тому, как напряглись крылья Ясновидицы, Мракокрад понял, что она ждала другого ответа.

– Эй, – произнес он, пригибаясь и заглядывая ей в глаза, – не надо на меня злиться за то, чего я еще не сделал. Я же пока не злой. Ничего такого не совершил и вряд ли совершу. Может, на этом и сосредоточишься? Будь со мной в настоящем.

– Да, – сказала Ясновидица, роняя крылья. Она отошла и встряхнула ими, словно видения будущего – это приставшие к чешуйкам комки грязи.

«Звучит забавно. Если ты все знаешь заранее, то можно ведь и избежать склок?»

– Ну, так и что это было? – спросила она. – То единственное заклятие, которое ты сотворил?

Мракокрад заставил себя снова улыбнуться:

– Если скажу, ты будешь смеяться.

– О-о-о, так даже лучше, – оживилась Ясновидица. – Говори! – Она ткнула его кончиком хвоста в грудь. – Быстрее!

– Да я… зачаровал игрушку Вьюги, резную фигурку воришки.

– Ой-й-й-й-й-й-й-й, ты прямо давишь из меня сочувствие.

– Я такой, какой есть, – Мракокрад снова расправил крылья. – Ничего не могу поделать со своим благородным сердцем и щедрой натурой.

– А вот над размером головы можно и поработать, – рассмеялась Ясновидица.

– Так у меня же образцовый череп! – Мракокрад притворился изумленным.

Ясновидица вдруг навострила уши:

– Тсс, ты это слышал?

Оба замолчали, и на фоне капели и приглушенного рева бури Мракокрад различил странный, приглушенный звук. Обернулся. Посмотрел в дальний конец пещеры, где сгущались длинные тени.

Ясновидица с Мракокрадом сплели хвосты, и он ощутил пронизывающее их обоих напряжение.

«Там, в глубине кто-то… или что-то есть?»"

"Звук раздался снова. Низкий стон, слишком слабый, чтобы спутать его с завыванием ветра, и в нем слышалось нечто драконье.

Мракокрад спрыгнул с карниза и осторожно ступил в тень. Ясновидица шла за ним по пятам, и это успокаивало: она бы видела в будущем, если что-то могло их покалечить.

Ночное зрение позволило разглядеть нечто крупное в дальней приливной луже, которой оканчивался ручеек.