Мракокрад

Под ними раскинулась школа – темная и тихая, словно весь свет и жизнь из нее вытянуло во дворец по соседству. Мракокрад снова отправился на прием, но это было даже к лучшему, потому что так он не сумел бы остановить Ясновидицу, да и не заметил бы вообще, чем она занимается.

– И вовсе не ужасная, – выпалила в ответ Внимающая, – иначе ты не позволила бы мне этого сделать. Увидела бы, что все пойдет не так и нас поймают. Все будет хорошо, ведь ты просто ради приличия ворчишь и не пытаешься меня остановить.

– А вдруг я вижу, что, нарушив порядок, ты получишь важный жизненный урок? – беззаботно ответила Ясновидица.

Внимающая глянула на нее с подозрением:

– Ты бы со мной так не поступила.

– Вдруг это единственный способ спасти тебя от скользкой дорожки к бесславному концу? – Ясновидица сделала самую постную мину, какую могла.

– Хватит пугать! – Внимающая хлестнула ее хвостом, и Ясновидица расхохоталась до того сильно, что чуть не упустила державший ее воздушный поток.

– К тому же, – добавила Внимающая, сворачивая к верхнему входу в школу, – мы не совершаем ничего противозаконного.

– Мне почему-то кажется, что учителя воспримут это иначе.

Они приземлились и стали осторожно спускаться по темному спиральному коридору, ведущему к классным комнатам. Перейдя на ночное зрение, вдоль стен Ясновидица разглядела ученические проекты и поделки. Тут была исследовательская работа на тему маскировки радужного племени; а вон там висела таблица сравнения физиогномики земляных и морских драконов.

Чуть дальше висел написанный Мракокрадом ее же портрет на фоне чего-то похожего на огненную паутинку салюта. О том, что она означает переплетающиеся временные потоки, знали только они вдвоем. Жаль, но талант художника Мракокрада даже близко не стоял со способностями его сестренки, и Ясновидица больше напоминала лошадь с задом как у бегемота. Правда, она из вежливости не стала говорить об этом Мракокраду.

Внимающая вздохнула:"

"– Знаешь, я ведь пыталась решить вопрос официально. Говорила с Пытливой: ну, если уж я переживаю то же, что чувствуют воришки, то она и подавно должна это чувствовать. Так ведь ей совершенно нет дела! Воришки, дескать, просто восхитительный предмет исследования, не надо чрезмерно ассоциировать себя с ними, ведь «они, в конце концов, не драконы». Ее послушать, так они – просто животные, и неважно, как им страшно или одиноко.