Мошенники

Он сидел на жестком стуле и невидящими глазами смотрел сквозь раздвинутые занавески, которые чуть колыхались под дуновением ветерка, необыкновенно теплого для этого времени года. Он смотрел сквозь занавески, сквозь окно, сквозь весь этот город, не видя ни светящихся вдалеке окон, ни отблесков неоновых реклам в темном небе, ни огней городских улиц, ни мигания красно-зеленых огоньков на борту пролетающего где-то в черном небе самолета, ни жизни за окном…

Неожиданно взгляд его зафиксировал слово “СПРАЙ” на световой рекламе, расхваливающей… новую сковороду, что ли? Господи, опять этот “СПРАЙ”.

Первое их свидание завершалось явно неудачно. Они вместе провели весь вечер и теперь сидели в ресторане, расположенном на крыше одного из лучших отелей города, глядя на протекавшую внизу реку, вдали за рекой вспыхивала реклама.

Сначала появлялось одно слово “СПРАЙ”.

Потом появлялась фраза: “СПРАЙ ДЛЯ ЖАРКИ”.

На смену приходила другая фраза: “СПРАЙ ДЛЯ ВЫПЕЧКИ”.

А после этого вновь загоралось “СПРАЙ”.

— Ты что будешь пить? — спросил Клинг.

— Виски с лимонным соком, — сказала Клер.

— Коньяку не хочешь?

— Может, потом.

К их столику подошел официант.

— Для начала что-нибудь выпьете, сэр? — спросил он.

— Виски с лимонным соком и мартини.

— Лимонад подать?

— Лучше маслины, — сказал Клинг.

— Благодарю вас, сэр. Не желаете ли ознакомиться с меню?

— Мы посмотрим его после того, как выпьем. Правда, Клер?

— Да, конечно, — сказала она. Они какое-то время просидели молча. Клинг задумчиво глядел вдаль.

“СПРАЙ ДЛЯ ЖАРКИ” загорелось в ночном небе.

— Клер?

— Да?

“СПРАЙ ДЛЯ ВЫПЕЧКИ”.

— Ничего у нас не получилось, правда?

— Не нужно об этом, Берт.

— Дождь… а потом еще и этот дурацкий фильм. Мне хотелось бы, чтобы все было совсем не так. Я хотел…

— А я знала, что все именно так и получится, Берт. Я даже пыталась сказать тебе об этом, предупредить тебя, разве не так? Разве я не говорила тебе, что я — самая скучная девушка в мире? И зачем тебе только понадобилось настаивать на своем? А теперь я чувствую себя как-как…

— А я не хочу, чтобы ты чувствовала себя так, — горячо проговорил он.

— Ох, да к чему все это?

— Клер, — сказал он вдруг спокойным тоном, — скажи, пожалуйста, что это, черт побери, творится с тобой?

— Ничего не творится.