Моя (не)любимая бывшая (СИ)

Значит, была не заперта…

Я почти вся прячусь под одеялом, зажмуриваюсь.

Однако слышу, как вошедший идет прямо к кровати. Осторожно ставит что-то на свободную сторону.

Не удерживаюсь от любопытства, открываю глаза.

На меня смотрит улыбающийся Барсег. Осторожно садится на постель рядом со мной.

Он мне завтрак принес — на переносном столике.

После всего того ужаса, который происходил между нами за последние пять лет, он просто взял и принес мне завтрак.

Удивленная, я сажусь в кровати, прикрыв одеялом грудь.

— Доброе утро, — говорит он.

С этими словами он открывает передо мной стальной колпак, демонстрируя несколько маленьких тарелок. На одной красуются горкой сырники с клубникой, на другой лежит скрученный рулетом омлет с ветчиной, а на третьей тарелке возлежит круассан с шоколадом. Очень похожий на те, что продаются в кафе, находящемся в офисном здании, где мы работаем. Ровно такой же круассан, какими мы с Аней завтракали за работой много-много раз.

От тарелок с едой божественно пахнет.

— Поешь, — просит Барсег. — Хоть кусочек чего-то.

Я беру вилку, отделяю кусочек омлета и отправляю в рот. Насыщенный, яркий вкус, знакомый с детства. Нежнейшее блюдо, которое украсит любой завтрак.

— Ты же любишь кофе, да? — спрашивает он.

Аккуратно пододвигает мне белую чашку с дымящимся темно-коричневым напитком.

— Люблю, — киваю.

Беру в руки чашку, делаю маленький глоточек.

Натуральный, в меру крепкий, совершенно не сладкий, зато бодрящий.

— Барсег, — спрашиваю тихонько. — А что там?

Указываю на небольшой стальной колпак, который прикрывает блюдо чуть поодаль от меня.

— То, что следовало отдать тебе еще вчера, — басит он и враз серьезнеет.

Приоткрывает крышку, демонстрируя мне черную бархатную коробочку."

"Вижу ее и столбенею.

Сдвинуться с места не могу.

Барсег берет коробочку в руки, открывает. Изнутри на меня смотрит кольцо с большим грушевидным сапфиром. Оно поблескивает на белом шелке и…

Не манит.

Пугает.

Барсег огорошивает меня, прямо как вчера:

— Искренне прошу, от души, со всей любовью, на какую только способен. Выходи за меня, Снежана! Не по залету, а по любви. Ты же любишь меня? Хоть немного…

Я задыхаюсь от этих его вопросов.

Пытаюсь спрятать лицо за чашкой. Делаю новый глоток кофе, тут же закашливаюсь, отставляю чашку.

— Снежана, тебе плохо? — пугается он.

— Барсег, зачем ты это делаешь? — У меня на глаза наворачиваются слезы.