Моя чужая женщина

Леонид смотрит на дорогу, суровый, злой, сжимает руль. Раннее утро, еще темно, метель закончилась, шарахнул, как выразилась Серафима, мороз, быть ему долгим и трескучим.

Меня одели в теплые носки, толстый вязаный свитер с высоким воротом и варежки с шапкой, под которую спрятала волосы. Серафима долго что-то бормотала, крестила, собирала бутерброды в дорогу, словно я ухожу в тайгу на неделю, а не еду в цивилизацию.

– Кто приезжал вчера?

Такое чувство, что я противна этому здоровому русскому мужику. Вот Тихон у меня четко с первой минуты ассоциировался с викингом, а Леня – с медведем.

– Так кто приезжал и что хотел?

– Человечки странные, девку одну искали. Рыжую.

– М-м-м-м, а ты чего?

Снова молчит, вот же противный какой. Мне самой интересно, кто и зачем меня ищет. Коба или те два наемника? И по чьему приказу действовали. Думаю, это точно не Никифоров и не его подручный Гектор, вот же сука, не хотела его вспоминать, а пришлось. Пса этого.

– А я думал, ты мне расскажешь, кто тебя ищет. Заимку ты красиво спалила.

– Чисто случайно.

Леонид впервые за всю дорогу от дома его матери посмотрел на меня. Взгляд серьезный, отросшая борода, если бы я не знала, сколько стоят его ботинки, пуховик и эта тачка, можно было бы подумать, что он лесник и мается с похмелья.

– А Серафима сказала, что я тебе понравилась.

– Соврала, моя мать вообще много что говорит, а после начинаешь много думать.

Да, есть такое, сама думала всю ночь, прислушивалась к своему организму, трогала грудь, живот.

Но от слов странной женщины становилось хорошо, сердце замирало, пальцы холодели, а в груди разливался жар. Разве так бывает, все сразу?

– Ты не ответил.

– Ты тоже.

Вот и поговорили.

Мне нечего особо рассказать, точнее, есть что, но это такое дерьмо, что язык не поворачивается и стыдно. А Леонид не хочет ничего говорить, ему вообще, я смотрю, чем меньше людей вокруг, тем лучше.

– Хорошая у тебя машина.

– Ты разбила почти такую же.

– Нет, твоя круче.

– Разбираешься.

– Нет, только бью.

Впервые услышала его смех, Леонид, наверное, сам от себя не ожидал такого.

– Богатый папа?

– Увы.

– Любовник?

Не отвечаю, снова стыдно.