Моя чужая

Слишком подавляюще на меня подействовали события, которые произошли зимой. Доверие было разрушено, мы провалились в какую-то бездну и до сих пор не могли из нее выбраться. Только Демьян словно и не замечал этого, упорно продолжая гнуть свою линию.

— Ты изменилась, — выдохнул он, ослабляя галстук, который только что завязал, — поначалу я вообще дико бесился с этого, потому что думал, что с кем-то из тех четырех мужиков тебя связывает большее…

Я вспыхнула, но тут же постаралась взять себя в руки.

Мы никогда больше не поднимали подобную тему, и я боялась этого разговора. Боялась всего, что касалось Захара, потому как воспоминания не щадили меня ни днем, ни ночью, окуная в тот вихрь и водоворот без права выбраться оттуда столь быстро…

— Новый год вместе, несколько дней под одной крышей. Гормоны, знаешь ли…

— Замолчи, — пролепетала я, не поднимая взгляда, — я даже слушать этот бред не желаю…

— Но я вижу твое состояние: ты не влюблена ни в кого, ты не пропадаешь где-то днями и ночами и всегда ждешь меня дома.

Тогда что изменилось? Я ведь люблю тебя, мне скоро двадцать шесть лет и я хочу наследников, в конце концов!

Воцарилась напряженная тишина."

"Я замолчала, положив одну руку на ноутбук и водя по ней несколькими пальцами. Ничего не хотелось отвечать, я была замучена подобными вопросами...

Неужели он не понимает, что я до сих пор не отпустила ту ситуацию? Не видит, что я не забыла тот день — двадцать восьмое декабря?! Или просто не хочет видеть?.

.

— Я знаю, что твой отец хочет внуков, и не устает напоминать мне это при телефонных разговорах, — отрезал он.

— Тебе? — замерла я, — а меня спросить не забыли?!

Демьян посмотрел на меня и остановился, однако на его щеках заиграли желваки. Похоже, Демьян начинал злиться не хуже меня, но тот факт, что они пытаются решить нашу судьбу без меня же, очень злил.

— Ты стала нервная, и даже сейчас злишься на меня.

Да, он звонит мне и спрашивает тоже меня. Но я, в свою очередь, спрашиваю тебя, Ярослава. Хотя знаешь, — он вдруг жестоко ухмыльнулся, — я мог давно не учитывать твоего желания!

— Прости? — выдохнула я, обхваченная жаром.

— Сколько раз за эти месяцы я брал тебя, Ярослава? Сколько раз мы занимались любовью без предохранения?

Я стояла, ни жива, ни мертва, возможно, уже понимая, к чему он ведет.