Мой сводный хулиган

Пусть Эдик ничего такого и делал, просто дружеское приветствие, но мне всё равно было неудобно перед мамой и папой.

Друзья расшумелись в гостиной, и мне пришлось шикнуть на них.

– Мне нужно переодеться и…

– Ты ничего не забыла?

Все втроём мы обернулись на недовольный голос. Артур стоял у стены с камином, сложив руки на груди и широко расставив ноги. Он кивнул на планшетку, что осталась лежать рядом на диване.

Рита и Эдик застыли, а я почувствовала себя неуютно. С какой такой радости он решил отчитать меня ещё и таким тоном?

– А это кто, Ник? – спросил Эдик, внимательно посмотрев на меня.

– Артур, это Рита и Эдик, – представила я друзей, потому что смолчать было совсем нехорошо. – А это Артур, – я снова обернулась к ребятам и вдруг зависла. Рита-то была уже в курсе, а вот как объяснить Эдику, кто такой Артур, я затруднялась. – Он… живёт у нас.

На несколько секунд установилось молчание, которое показалось мне каким-то слишком тягостным и напряжённым, будто между присутствующими натянулась невидимая струна, и если к ней прикоснуться, она издаст жуткий звук, или даже лопнет, больно полоснув.

– Родственник? – Эдик сделал шаг вперёд, но обращался уже не ко мне, а к Артуру.

И голос друга показался мне каким-то странным. Более низким и жёстким. Ритка тоже притихла и лишь переводила взгляд то на Эдика, то на Артура.

– Ну типа того, – последний тоже шагнул навстречу, опустив руки и будто бы напрягшись.

Теперь невидимая струна натягивалась конкретно между парнями, и мне хотелось встать между ними, чтобы разбить это странное сгущающееся напряжение.

– Очень интересно, – резюмировал Эдик и, по-видимому, хотел добавить что-то ещё, но тут в гостиную вошла мама.

– Николь, – она оторвала взгляд от своего блокнота, – о, ребята, добрый вечер! Дочь, вы с Артуром уже закончили?

– Эм… нет, мы…

– Нас прервали, – перебил меня Артур. – Сейчас приступим, так что гостям придётся подождать.

На последней фразе он посмотрел на Эдика, а потом сделал то, что немало меня удивило.

– Пошли, – Артур взял меня за локоть и увлёк в сторону лестницы на второй этаж.

– У меня от твоих клешней синяки останутся! – я выдернула локоть, когда мы поднялись на второй этаж, потому что Артур всё ещё его сжимал почему-то.

– Главное, чтобы от клешней твоего парня не остались, – недовольно буркнул он, но руку всё же убрал.

Я же от этих слов буквально опешила.