Мой орк

Вожак тогда сбил ногой шлем, затем наступил ему на грудь и одним рывком оторвал дрэксу голову.

Оставшиеся в живых воины скоро обступили вожака, среди них был Ибар, несколько северных, в том числе и Кархем. Все тяжело дышали, постоянно кашляли, причем кровью, ибо ядовитый дым опалил горло.

– Если у твоего врага есть еще такие твари, – Кархем ткнул сапогом в дракона. – Мы никогда не победим.

– У него много таких тварей, – кивнул вожак, – но у нас теперь есть яд.

Рассвет орки встретили, вытаскивая из-под обломков обугленные тела собратьев.

Как и тогда, погибло много воинов, стариков, были и женщины с детьми, что не успели укрыться. День скорби настиг всех. Жены и матери рыдали над убитыми.

А Тайли доставили в Зард. Герцог решил не устраивать пышного возвращения и не оповещать народ о том, что их правитель женился.

Они вернулись в ночи, въехали на территорию дома, минуя парадные ворота. Тайли прекрасно понимала причины такой осторожности Луара, он словно боялся всеобщего порицания, стыдился ее.

С другой стороны, оно и к лучшему, Тайли все равно не считала себя женой герцога, она принадлежит только одному мужчине в этом мире, Фаргару.

– Прошу, – новоявленный супруг ввел жену в опочивальню. – Располагайся. Сегодня я тебя не потревожу.

– Благодарю, – произнесла с печальной улыбкой.

– Если что-то понадобится, зови слуг.

И наконец-то ушел. Тайли аж дышать стало легче. За время, проведенное с Луаром в пути, бедняжка вымоталась. Этот чванливый самолюбивый человек вызывал у нее лишь чувство брезгливости.

Неужели придется делить с ним постель? Тайли очень хотелось верить, что его презрение и задетое самолюбие помешают герцогу возжелать ее.

Она окинула равнодушным взглядом свои новые покои, затем опустилась на кровать. Надо бы подумать, как быть дальше, но сил не осталось. Как уснула, не заметила, просто легла, прикрыла глаза, а дальше наступила темнота.

– Доброе утро, госпожа! – раздалось в тишине.

– Доброе утро, – приоткрыла глаза.

В окна светило яркое солнце, в воздухе стоял какой-то непривычный запах, раздражающий.

А рядом с кроватью переминалась с ноги на ноги молоденькая служанка.

– Господин сказал, чтобы я подала вам завтрак.

– Раз господин сказал, не смею возражать, – приподнялась и легла повыше.

– А еще господин распорядился о совместном обеде и ужине. Он собирался и завтрак с вами разделить, но был вынужден спешно покинуть дом. Дела.

– Спасибо.

И прекрасно, что Луар отправился по делам.