Штурм Бахмута, позывной «Констебль»

Мирные

Попрощавшись с командиром, я пошел к «Птице», чтобы отдать ему новые списки личного состава. В тот же момент на доклад по рации вышел командир группы, которая держала крайний дом.

— «Констебль» — «Ньютону»?

— Как дела «Ньютон»?

— Да как… Нет ума — штурмуй дома! Нормально дела. Дом за нами. В подвале шестнадцать гражданских. Несколько мужчин. Женщины и дети. Куда их девать-то? Тут пулемет лупит, хер голову поднимешь.

— Откуда они там?! — опешил я. — Забери у них телефоны. Ночью попробуем вывести их.

— Принято.

— А чего они не ушли-то?! Там же убить могут. Как они там оказались?! — стал нервничать я.

— Говорят, идти некуда.

В Чечне я никогда не встречался с гражданскими, которых выводили из-под обстрела или из подвалов. Мы воевали в горах и окопах. Эта встреча для меня должна была стать первой. Я не понимал, что это за люди, как они к нам относятся, и нервничал по этому поводу.

— «Констебль», — вышел на меня по рации «Ньютон», когда я уже подъезжал к «Аиду». — Мы их вывели, но в процессе… снайпер застрелил нашего парня.

— Сука. А мирные?

— Все живы. На базе сидят. Ждут, что дальше.

— Мужчин досматривали?

— Да. Следов от броников и автомата на теле нет. Они тут все родственники, так что шпионов среди них нет.

Первой, кого я увидел, была женщина лет шестидесяти с короткой стрижкой. Она была небольшого роста, с простым славянским лицом и голубыми, почти прозрачными, глазами.

— Здравствуйте, — просто сказала она. — Это вас мы ждем, чтобы нас отправили дальше?

— Доброй ночи, — сказал я и запнулся от нахлынувших чувств. — Видимо, меня. Я командир «Вагнера».

К нам стали подходить все оставшиеся мирные. Тут были девушки, взрослые мужчины с женщинами и маленькие дети, закутанные, как луковицы, в одежду, одетую одна на другую.

— Держи, — сказал я и протянул ей свое яблоко.

Она оглянулась на мать. Та кивнула ей, и она взяла яблоко.

— Спасибо.

Володино я отдал пареньку примерно такого же возраста, который смотрел на яблоко девочки.