Мой (не) любимый

Выйдя из подъезда, вдалеке замечаю Градова, стоящего около внедорожника. Делаю шаг в сторону мужчины, но неожиданно врезаюсь в высокую фигуру в капюшоне.

– Марго! Как же я рад тебя видеть. Соскучилась, моя маленькая? – Максим подхватывает меня на руки и начинает кружить.

– Привет, – оторопело произношу я. – Ты… ты вернулся?

– А ты не рада? Отпустили на неделю раньше, представляешь? Решил не сообщать заранее, хотел сделать сюрприз, – с широкой улыбкой на лице говорит Горский.

– Тебе это удалось, – натянуто улыбаюсь в ответ.

– Спешишь куда-то? – спрашивает он, опуская меня на землю.

– Да, у меня свадебная съемка. Уже опаздываю, – говорю я, бросая быстрый взгляд на Матвея, который уже устроился на водительском сиденье. Горский стоит спиной, и Градов не видит его.

– Хорошо, увидимся позже, да?

– Конечно, – киваю. – Отдохни пока. Ты ведь только с самолета.

– Люблю тебя, милая. – Прежде чем я успеваю понять намерения мужчины, Максим впивается в мои губы страстным поцелуем.

Но я не могу ответить той же страстью и пылкостью, зная, что за нами наблюдают. Мягко отстраняюсь и, бросив на прощание: «До встречи», быстрым шагом направляюсь к автомобилю Матвея. Прыгнув на переднее сиденье, захлопываю дверь и пристегиваюсь ремнем безопасности, стараясь не обращать внимания на напряженную обстановку.

– Матвей, почему мы не едем? – не выдерживаю я. – Я уже опаздываю.

– Мне так не показалось, – глухо отвечает он и трогается с места.

Глава 4

Удивительно, как быстро может поменяться человеческое настроение.

Градов въезжает на парковку, расположенную через дорогу от ЗАГСа, и, заглушив двигатель, впервые за всю поездку поворачивает голову в мою сторону. Он внимательно изучает мое лицо, но мне удается выдержать потемневший взгляд мужчины. Матвей напряжен – об этом свидетельствует пульсирующая жилка на его шее.

Градов по своей натуре собственник, и меня нисколько не удивляет его реакция. Не думаю, что он ревнует, но для него это стало неожиданностью. Внимательно смотрю ему в глаза, а про себя усмехаюсь: неужели Матвей действительно думал, что я буду страдать по нему всю свою жизнь?

Молчание наконец-то нарушается самим Градовым.