Мой лунный эльф, или Как не влюбиться по уши

Магия била изнутри яростным прибоем, безжалостно напоминая о себе, чернотой расплываясь по ауре. Берриан запрокинул голову, жадно глотая ледяной воздух, потом резко выдохнул и, перестав наконец сопротивляться, направился туда, куда требовательно влекла собственная сила.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ К человеческой девушке из другого мира.

К Валерии.

***

Молчание затягивалось, тишина становилась все более напряженной, а высокородный не торопился отвечать на мой вопрос.

Тогда я решила начать первой. Вытянула вперед руку, демонстрируя обновленную печать, и констатировала очевидное:

— Татушка не исчезла, но изменилась. Почему?

Зрачки Торэта расширились, он уставился на мое запястье, потом поднял взгляд, поколебался, словно решая, говорить или нет, и хрипло выдохнул:

— Не знаю.

Лицо его было бледным, как мел, в глазах бушевал настоящий шторм, делая их непроницаемо-бездонными, за спиной призрачными черными крыльями расплывалась тьма.

И я, подчиняясь внезапному, совершенно необъяснимому наитию, произнесла:

— У тебя тоже такая появилась, да?

Берриан побледнел еще больше, сжал кулаки, а я…"

"Я вдруг испугалась, что каким-то образом перекинула на него магию долга, и он сейчас ринется искать, где у нас храниться подсобный инвентарь, а потом начнет… Бр-р-р… Нет, только не это!

От промелькнувшей перед внутренним взором картины захотелось зажмуриться изо всех сил, чтобы поскорее выветрить эту муть из головы.

Да. эльф раздражал меня, бесил.

Я спорила с ним, отвечала ударом на удар, издевалась, радовалась, когда удавалось его осадить… Но я никогда никого не унижала и не стану этого делать. Ни за что на свете. Даже в отместку. А для Торэта с его характером и воспитанием это будет именно унижением.

И я, напустив на себя самый что ни на есть суровый вид, быстро предупредила, пока высокородный не успел ничего сказать:

— Убирать в своем доме не дам. Даже не проси. Мы уже гоблинам пообещали, что нанимаем их…гм… на постоянную работу.

Так что извини, ничем помочь не могу. Свободных мест нет.

— Я не собираюсь тебе прислуживать, человечка, — яростно вскинулся Торэт, и тьма за его спиной возмущенно зашевелилась. — И не собирался.

Не знаю, кого как, а меня его признание откровенно порадовало.

— Значит, это не печать долга?

— Уже нет. Твоя метка изменилась, а у меня… появилась точно такая же. — Берриан запнулся, пожал плечами и неохотно признался: — Я вообще впервые подобное вижу.