Мои бывшие

— Марина Кавьяр, просьба проехать с нами в участок.

— Что?

— Вы обвиняетесь в нападении на Мирона Кавьяра, а также подозреваетесь в убийстве Аллы Рубцовой…

Я услышал это, спрятал телефон в карман, пересилил себя, и поднялся с дивана.

— Это какая-то ошибка! Мирон, скажи им! — сестра обернулась ко мне. — Мир, ты ДОЛЖЕН это уладить, понял?

За*бал уже этот шантаж.

— В чем дело?

— Дело в том, что появился свидетель того, как на вас напала ваша сестра. А также найдены её отпечатки пальцев рядом с местом убийства Аллы Рубцовой, — пояснили мне.

— Там была толпа! Разумеется, там есть отпечатки Марины.

— Отпечатки характерные. Как и следы подошв, где была борьба. Улики будут предоставлены в ходе разбирательства. Сейчас же наилучшим выходом будет не препятствовать нам, — резко заявил полицейский.

— Что за свидетель? — выкрикнула Марина. — Мирон, вспомни наш разговор, ты просто обязан мне помочь. Ты прекрасно знаешь, что не я тебя ранила. И ты вытащишь меня!

Её подтолкнули в спину, наручники надевать не стали, и все мы вышли из дома.

Напротив, на дороге, припаркованы три полицейские машины. К одной повели Марину, а ко второй… Яну? Арестовали?

— Я могу поехать с вами? Как ближайший родственник?

Даже если не разрешат, то пробьюсь!

Марину придется вытаскивать, хотя огромное желание — оставить её за решеткой. Но Яна… её я бросить не могу.

— В другую машину, — указал полицейский.

Марину посадили отдельно. Яну тоже. И меня.

Черт.

Могла ли Марина убить Аллу? Раньше я бы сказал, что нет, что сестра способна только на шантаж, а не на физическое воздействие.

Этот вопрос я повторил полицейскому из сопровождения. Думал, он не ответит, но он пояснил:

— Свидетель едет в одной из машин. Она не скрывается, сама настояла на этом.

— Яна? — не поверил я.

— Да.

Значит, её не арестовали — это уже хорошо. Но… какого черта?

Ладно, с ней я смогу решить вопрос.

Всех нас высадили у участка, и повели в него под конвоем. Марина плакала, что-то объясняла полицейскому, всхлипывая. Яна шла, прямая, как палка, и даже не глядела в мою сторону. А я… я шел из последних сил.

— Ждите. Через пять минут придет следователь, и вам придется подписать все заявления, и дать официальные показания. Можете остаться в коридоре. И, — это уже ко мне, — не советую вам устраивать здесь скандал, и нападать на свидетельницу.

— Я не трону её. Идите.