Руки моей не отпускай

Ася, перепачканная с головы до ног кровью, особо ярко выделяющейся на ее светлой стильной курточке, в изгвазданных в дорожной грязи джинсах, держа микрофон, говорила ровным голосом, глядя в камеру:

– Прибывшие на место спасатели и представители внутренних органов пока не могут классифицировать случившееся как криминальный или несчастный случай, или тяжелое дорожно-транспортное происшествие, а также назвать точное число пострадавших. В ближайшее время специалисты дадут свои оценки в официальном заявлении.

И опустила микрофон.

Тяжело переступая, Ася добрела до обочины и села на влажную, грязную землю в сухих проплешинах высохшей прошлогодней травы. Рядом опустился Игорь, пристроив свою драгоценную камеру себе на колени.

– Ты чокнутая, Волховская, – констатировал он очевидный факт. – Ты хоть понимаешь, насколько это непрофессионально? Репортер не имеет права принимать участие в событиях, которые освещает. Ты можешь влезть в самую гущу, в самое пекло, но только для того, чтобы держать микрофон и произносить в него текст.

– Да по барабану тульскому, плевать, что он там должен, – устало ответила Ася. – Я медик и знаю, что должна делать в подобных ситуациях: оказывать людям помощь. Все.

– Ты полезла в центр теракта, это…

– Это не теракт, – замученно-охрипшим голосом оборвала она его и объяснила: – Не было множественных ран от поражающих элементов.

– Откуда ты знаешь про элементы? – сбился с назидательно-поучительного тона обескураженный оператор.

– Сталкивалась, – неопределенно ответила девушка.

– Нет, ты чокнутая, – снова повторил Игорь, но уже с явной уважухой в голосе. – Но сегодня я снял свой самый забойный репортаж благодаря тебе. Такие кадры… – и вынес вердикт: – Я буду с тобой работать.

– Вот спасибо, – усмехнулась с сарказмом Ася.

Как потом выяснилось, Ася была права – никакого теракта не было, а один придурок вез к себе на дачу в багажнике незакрепленный газовый баллон, который сильно подтравливал, и в режиме езды «дергаемся на месте» баллон стукнулся, по всей видимости, обо что-то железное и… Ладно бы придурок сам погиб глупой смертью, но ведь и люди погибли, а сколько пострадало…"

"На следующий день Ася проснулась знаменитой.