Моей будешь, ведьма!

– Лео, пойдём в кровать, достаточно уже купания. А если ты уснёшь, мне тебя не перенести.

Открыв глаза и посмотрев на меня неожиданно ясным взглядом, он, хмыкнув, спросил:

– Что, и всё, шпионка? Даже не попытаешься узнать что-нибудь действительно стоящее, пока я невменяем? Ты же поэтому со мной нянчишься?

Опустив голову, скрывая обиду, прошептала:

– Я лишь хотела помочь...

Промолчав, он поднялся и прихватив полотенце вернулся в спальню.

28

БИАТРИС.

Оставшись одна, села облокотившись спиной на ванну, подтянула колени к груди и, обняв обеими руками, уткнулась в них лбом, отчаянно моргая, сдерживая подступившие слёзы.

И вообще уже не верю в то, что он убийца после его сегодняшнего поступка.

Нет, убить он, конечно, может, но не беззащитных девушек, к тому же так жестоко – слишком благороден для этого! А фотографии... Уверена, он сможет объяснить, зачем они ему, нужно просто спросить.

Кивнув своим мыслям, встала и, подойдя к раковине, повернула вентиль.

– Просто спроси.

Как оказалось, принять решение и воплотить его в жизнь – это разные вещи!

Вернувшись в спальню, обнаружила Миру вместе со знакомой напарницей.

Первая расставляла тарелки с ужином на журнальном столике для меня, а вторая принесла уже накрытый столик-поднос для герцога. Она даже пыталась покормить своего хозяина, но нарвавшись на грозный рык «Я сам!», быстро передумала и ретировалась.

Усердно жуя тонкие ломтики свинины под апельсиновым соусом, я украдкой косилась на хмурого Леонардо, сражающегося с куриным бульоном, что ему давалось не просто из-за весьма заметной дрожи в руках. Поняв, что ещё чуть-чуть и он швырнет ложку в стену, не выдержала и, приблизившись к нему, села на край кровати. Вытащив столовый прибор из длинных пальцев, зачерпнула наваристую жидкость и поднесла ко рту больного.

На иронично выгнувшуюся бровь, не отводя взгляда от буравящих меня глаз, произнесла:

– Я только хочу помочь.

Ухмыльнувшись, он всё же открыл рот, принимая мою помощь. Скормив герцогу последнюю ложку бульона, забрала столик и уже собралась поставить на него и свою тарелку, как за спиной прозвучало:

– Нет. Садись и доедай.

Оглянувшись, я растерянно пробормотала:

– Но я не хочу.