Мое темное счастье

Кандалы упали, Лир руками и лбом уперся в столб, пошатнулся.

Двадцать восьмой.

Я обхватила его руками, поддерживая.

Он развернулся и посмотрел на меня, а потом не удержался, впился в мои губы поцелуем. Горячим, страстным, нежным… Сопротивляться было бессмысленно. Мысли почти исчезли под напором Лира. Отпустил… Мы же на краю гибели! Хотя толпа, вон, ликует.

Двадцать девятый.

Лир выдохнул. Я сосредоточилась, чувствуя, как дрожат коленки.

К Арану и Даринель, к нам домой! Вместе!

Мы не успели совсем чуть-чуть.

Последний щит лопнул, маги рванулись к нам и… перевернулись в воздухе, разлетаясь в стороны.

— Лимфил, — тихо сказал Лир, понимая мою растерянность.

Медлить было нельзя. Дождалась, когда Лучик сел на плечо, прижалась к темному магу, чувствуя, как под рукой бьется сердце Лира.

Мой. Не отдам никому. Только мой.

К Арану. К Даринель. Домой. Я вызвала знакомый образ. Ведь это так просто — переместиться! Если бы не на пределе своих возможностей… Но у Лира нет сил, чтобы помогать.

Мир перевернулся, рассыпался на осколки.

Я падала, не отпуская Лира. Удар… Боль… Не сразу поняла, что вокруг вода. Сил все-таки не хватило. Не рассчитала.

Вынырнула, удерживая Лира, чувствуя, как перед глазами все расплывается. Последнее, что я запомнила, — мчащегося к нам Арана со спутанными волосами и мелькнувшего за ним незнакомого мужчину с безумно красивыми светло-лиловыми глазами. А потом меня накрыла темнота.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Темнота на этот раз меня убаюкивала и утешала. Густая, антрацитовая, непроглядная.

Не было ни голосов, ни видений из прошлого и настоящего, ни снов. Но почему-то я все помнила и чувствовала, лишь ответить не могла. Слышались встревоженные голоса Силадерь и Даринель. Аран читал заклятия. Лучик пушистым котом свернулся под боком, мурлыкал, переживая и посылая тепло. Как же там Лир? Зачем друзья тратят силы на меня, когда надо помочь моему темному принцу? Но голос я отдала, сказать ничего не могла, и накатывала слабость, ни рукой пошевелить, ни ногой. Глаза не открывались, я тонула в каком-то странном безвременье. И ничего не изменить.

Внутри жила одна-единственная мысль: мы успели и Лир не умер. Это приносило мир в душу, заставляло бороться. Из тьмы меня всегда вытаскивал мой принц, но сейчас он не поможет. Придется выбираться самой.

Легкий сон, светлый и приятный, пришел спустя некоторое время. Он был наполнен мурлыканьем Лучика, который щекотал мои пальцы, а потом… Меня стали звать те, кто так дорог и желанен.