Мл. сержант. Назад в СССР. Книга 3 (СИ)

А там, можно и кое-какие справки навести по делам.

Немного побыл в своей комнате.

Сравнил себя настоящего с фотографией, что была сделана зимой. Внешне я остался тем же, но физически поменялся. Стал шире в плечах, крепче. И это несмотря на то, что был ранен и некоторое время находился в плену. Взгляд изменился — ранее был беззаботный парнишка, теперь же на меня смотрел уверенный в себе, серьезный молодой мужчина. А мне-то еще и двадцати нет.

Мама не упустила случая, чтобы отметить — мол, я изменился. Мать всегда такие вещи чувствует и видит.

Так оно и было — сознание оказывает влияние на тело, даже визуально.

— Армия тебя изменила! — заметила она, когда мы пили чай с оладьями. — Повзрослел, возмужал. Так и не скажешь, что ещё совсем недавно школу закончил.

— Это что, так сильно видно?

— Конечно. Совсем другой стал, взрослее.

— Ну-у, не знаю. Вроде бы за собой ничего нового не заметил. Те же руки, те же глаза! — попытался отшутиться я. Получилось не очень.

— Ты не торопись взрослеть! Потом поймешь, к чему я! Молодость, она одна! Оглянуться не успеешь, а она уже прошла.

И будет тебе, только дом, да работа, до самой пенсии.

Эх, молодость молодость…

— Понял, ма. Подумаю.

Одевшись, я вышел из дома и отправился в центр. На высотках заводской улицы и располагались те самые подвалы, где обитали местные фарцовщики. Если кто-то не знает, то объясняя самым простым языком — это подпольные спекулянты. Их товар — то, чего не купить в обычных магазинах, потому что политика такая была Союзе.

Мол, советскому человеку ничего забугрового не нужно — сами сделаем. Только делать, не особенно-то и торопились. Все, что пользуется спросом, доставляется на кораблях, грузовиках, поездах, самолетах. Очень много было турецкого — Черное и Азовское моря ведь недалеко, да и речное судоходство налажено хорошо. Официально, за фарцу не наказывали, потому она и процветала. Если схватили, могли приписать что-то другое, схожее. Вроде валютных операций.

Попетляв по улицам, я нашел нужный двор, отыскал вход.

Почти сразу же меня встретило двое парней, один возрастом в двадцать с копейками, второй чуть помладше.

— Оп-па! Громов? — прищурился один. — Ты, что ли?

— Он самый! — кивнул я. — Привет, Паша.

— Давно тебя не видел, куда пропал-то?

— В институте был, потом отчислили… Я по делу! Фарцой еще занимаетесь?

— Обижаешь! Только зачем она тебе? Ты ж никогда не интересовался.

— А теперь вот все изменилось. Шмотка мне импортная нужна, недорого и модно.