Мизгирь

– Ах, да, ты же не знаешь, – спохватилась Лера, – Это женщина из дома наискосок, через дорогу. Она наша соседка.

– Когда ты успела с ней познакомиться? – удивился муж.

– Да мы с Евой гуляли как-то раз, а она сама подошла и заговорила, – ответила Лера, умолчав о том, что Галя рассказывала ей всякие страсти про домовых и утопленниц, да ещё и приходила в их дом и проводила тут какие-то ритуалы.

– Понятно, – кивнул Гена, —

– И что тут странного?

– Что странного? Да ей там столько же лет на вид, как и сейчас.

– Ну, может этим фотографиям несколько лет всего, вот она и не изменилась, – пожал плечами Гена.

– Ты не понимаешь, – Лера горячо зашептала, – Там, на фото есть подпись «Бабушка Вера, тётя Галя, Максимка и Серафима», то есть фото старые! На них изображена наша хозяйка ещё в детстве.

– Ну?

– Что, ну? – рассердилась Лера, – Ты правда не понимаешь или притворяешься? Серафиме там лет пять, а её бабушке лет сорок пять навскидку. То есть Галя – ровесница бабушки Серафимы, Серафиме сейчас шестьдесят четыре года, значит, её бабушке сейчас должно быть сто четыре года, и, я думаю, вряд ли она жива.

Значит, и Гале должно быть столько же. А она на фото та же самая, что и сейчас, понимаешь?

Гена смотрел на Леру странным взглядом:

– Милая, ну ты же умная женщина, ты же понимаешь, что это абсурд. На фото скорее всего Галина бабушка, на которую она очень похожа.

– И которую тоже звали Галиной?

– А почему бы и нет? – развёл руками Гена, – Ну, назвали люди дочку в честь любимой бабушки.

Что такого?

– Вообще-то да, – согласилась Лера, – Но уж очень они похожи.

– Бывает.

– Странно это всё-таки, – пробурчала себе под нос Лера и отправилась в детскую, укладывать уснувшую Евочку в колыбель.

Глава 8

На следующий день, управившись с домашними делами, Лера присела отдохнуть, пока раскричавшаяся Ева, наконец-таки, уснула. За чашечкой кофе, она открыла альбом, найденный вчера на чердаке, находка не давала ей покоя.

Мысль о соседке на фото не отпускала. Лера переворачивала страницы, отхлёбывая ароматный горячий напиток. На страницах жили обычные детские сюжеты – зайка с морковкой, домик с дымом из печной трубы, цветочки и полянки, ягоды в тарелке, мама, папа, старательно выведенные детской рукой буквы «Фима», «Серафима»… А вот дальше… Лера нахмурилась и отставила чашку с кофе в сторону. Рисунки в альбоме вдруг резко изменили своё настроение.