Миром правит случай

 — Что ты с ним носишься, как с маленьким ребенком? Поешь супчику… выпей таблеточку… Тебе самой не надоело, нет?

— Не надоело! Ариша — самый близкий мне человек. У него, кроме меня, тоже никого нет. Кто же будет о нем заботиться, если не я? Он на дух не переносит больницы. Впрочем, тебе меня не понять, — горько усмехнулась я. — Милосердие — это не твой конек.

— В этом ты права. Не мой, — ничуть не стесняясь, подтвердил Бочаров. — Ты вынуждаешь меня пойти на крайние меры.

Тебе сегодня пришлют отрезанные «запчасти». Взглянув на них, я думаю, ты пересмотришь свои приоритеты.

— Значит, так, сегодня ты пришлешь мне доказательства того, — в ультимативной форме заявила я, — что с Люсей и Васей все в порядке. Если с ними что-то случится, то я сразу же остановлю работу над нашим проектом! Понял меня?

— Не смей ставить мне условий! — рявкнул Сергей и сразу же отключил связь.

Где-то внутри меня стала подниматься волна тревоги.

Она подкатила к горлу, затрудняя дыхание. Неужели из-за меня пострадают ни в чем не повинные люди? Неужто у Бочарова хватит решимости сделать их инвалидами? Скорее всего, хватит. Он ведь с детства проявлял жестокость по отношению к животным, одноклассникам. Он лишил жизни девушку, которая ждала от него ребенка. Он заказал друга своей семьи только лишь потому, что тот узнал его страшную тайну. Так что отрубить пальцы у бомжей — для него сущий пустяк… Самым безнадежным в этой ситуации было то, что я не могла ничего предпринять, дабы их спасти. Допустим, я найду способ заявить в полицию, что на территории бывшего деревообрабатывающего комбината держат заложников. Патруль приедет туда и найдет двух бомжей. И что с того? Бочаров как-нибудь выкрутится, скажет, что они сами проникли на объект, который охраняют его бойцы. После того как стражи правопорядка отпустят Люсю с Васей на все четыре стороны, Сергей придумает новое средство воздействия на меня. Кто это будет — Ариша, Алинка, Женька? Больное воображение Бочарова может дерзнуть даже на то, на что у меня не хватит фантазии. Я поняла, что нет никакого смысла раскачивать ситуацию, заявляя в полицию о похищении бомжей. Напротив, надо сделать вид, что я напугана перспективой получить отрубленные пальцы заложников.