Мир, который без меня. (Альтернативный гей-роман).Книга 3.

Кот действительно состоял из двух разных половин. С одного бока он был равномерно шоколадным, а с другого - до отвращения белым. Энди смеялся. Даже имя не надо придумывать. Он – Рой плюс Стив, то есть Рости. За это время Рости вымахал в здоровенную животину весом с хорошую среднюю собаку. Он обожал Ольгу, потому что она его кормила, Энди, потому что он его гладил, и терпеть не мог Роя. Впрочем, у них это единогласно и обоюдно. Когда Энди уезжал, Рости перемещался к Ольге, потом транспортировался обратно, о чем парню знать было необязательно.

Он и не знал. Теперь Ольга уехала к какой-то, мать ее, тете, и кот остался с Маккеной. Мать ее, тетя заболела как-то очень не вовремя, что в свою очередь тоже злило Роя. Рости тоже выглядел бедным, и Рой смягчился.

- Что, уродище? Шляешься от безделья? Виски будешь? – спросил он, глядя на сидящего поодаль кота и, выждав минутку, подытожил, - И правильно. От алкоголя разрушается печень. Выглядишь хреново. А я, пожалуй, буду.

- М-мау, - озадачено подтвердил кот.

- Тебе надо работать над произношением.

Оратор из тебя хреновый, как, впрочем, и из меня. Здесь мы с тобой похожи. Хотя, со своим произношением я, как видишь, тоже сижу один. Выходит, он кинул нас обоих. Нам бы подружиться уже наконец. У нас много общего, и главное то, что и тебе, и мне нужен Энди. Видишь, какая штука получается, брат?

Рости эта мысль не вдохновила, и из всех далее предложенных Маккеной вариантов он выбрал еду. Маккена покопался в холодильнике, нашел что-то, бросил коту и отправился допивать кофе.

Рой откупился, и кот исчез так же неожиданно, как и появился. И, слава богу! Еще не хватает убирать за ним лоток. Похоже, Рости понимал всю серьезность проблемы, потому и гадил где-то за пределами досягаемости Роя. Маккена еще побродил по гостиной и поднялся в студию. Все плохо. Даже хуже. Так хуже, что дальше некуда. Время кто-то украл. Просто выгрыз из него кусок между звонком Энди и моментом, когда тот должен вернуться. Рой полежал на одном боку, на другом. Сна ни в одном глазу, ни в голове, ни в заднице. Просто нет, и все. И Энди просто нет, и все. Черт! Все неправда. Все дороги ведут в Рим. Ни фига они туда не ведут. Все дороги ведут к Энди, потому что он и есть Рим. Самый настоящий. С нешуточными страстями, с сумасшедше-глубокими глазами, с этим зверским сметающим темпераментом. Попав в него однажды… Маккена улыбнулся. Аллегория слов. Так вот, попав в него однажды, выбраться уже невозможно… Рим есть Рим. Царь царей.

Маккена закрыл глаза.