Месть

 — Немнод сверкнул глазами, заметив, как с холма к ним приближается мощная фигура Ростика. — Сейчас же, как Рост уйдет, беги и дай наказ Адель ни под каким предлогом три дня здесь не появляться, иначе беды не миновать! При каменщике ни слова! Мы с тобой миримся, ежели спросит, и запомни, чтобы ноги ее здесь три дня не было, что хочешь говори, бреши или говори правду, но чтобы ни ногой!

— Ну что, господин? — В свет костра вышел гигант, кивнув Армусу. — Время поджимает, ночь быстро пролетит, а нам еще дел полно до рассвета.

— Да, Ростик, пойдем. — Немнод еще раз оглядел ошеломленного его просьбой мужичка. — Дел и вправду невпроворот."

"Он больше ничего не сказал ни Армусу ни тем более каменщику. Просто шел, просто влился в работу, иногда помогал подсобникам, иногда поддерживал сколачиваемые опоры и леса вместе со столярами, а то и просто бил камень в размер или подносил уже готовые блоки. Да уж, они и вправду были мастера, «заклама» получалась прямо загляденье, небольшая ростовая ниша, точно по месту, где обычно расходится камень в старинном склепе.

Клали камень умело с прослоем из песка, чтобы со стороны глушил звук, да снаружи, кто искать будет, не простучит полость пустую. Да и сверху по швам прослой песчаный, если пролить водой, он запах даже глушить будет. По уму делали, все просчитали, да и хитрость была немалая, по пословице: коли хочешь спрятать дерево, прячь его в лесу. Камень брали старый, от предыдущих мастеров, а уже в сторонке свежий выгоняли вверх, чтобы, значится, ежели бить заставят, в пустое место уткнулись. В старой-то кладке кто искать станет?

Минутка за минуткой, час за часом, но вскорости над горизонтом стал алеть рассвет, пока неверный, то ли да то ли нет, едва различимой полоской, но степенно набирающий силу, все разрастаясь и разрастаясь в, казалось бы, бескрайней тьме, щедро усыпанной горстью звезд.

— Все, будя! — Немнод дал отмашку усталым людям. — Давайте кашеварить, да бедовую ждать, сделано хорошо, остальное уже лишним будет.

Остальное будет лишним. Он невесело усмехнулся своим словам, оглядывая усталых людей. Все уже, страх ушел, труд внес усталость и какую-то толику отрешенности в сердца людей. Похоже, среди толпы даже об заклад биться стали, что же за птичка попадет к ним в руки, снося скромные барыши в руки гиганта Ростика, который за ночь дважды стесал свои кулаки об физиономии пытавшихся улизнуть к своим подружкам мужиков. Все по-честному, как решено, так и будет.