(Противо)показаны друг другу

Боги, откуда у меня столько уверенности в руках?! — Сверху буду я, чтобы ты понимала.

— Если капнешь на меня кровяной соплей, я тебе потом точно омлет сделаю из твоих яиц, — дергаю вниз его джинсы. В какой-то момент стопорюсь, нащупывая в кармане презик. О, отлично! Подготовился гад. Достаю пакетик и с довольной улыбочкой кидаю его на кровать.

— Не капну.

— Как твой нос, кстати?

— Анестезия твоей грудью прошла успешно. Нос определенно будет жить, — тянет ко мне руки, как только я стягиваю с него полностью штаны, и как малое дите довольно сжимает в ладонях мою грудь.

 — Прям наливается нос жизнью.

— Нос? — усмехаясь, произношу я, рассматривая приличный бугор в его трусах.

— Ну не только нос, — с усмешкой произносит Юсупов, а в следующий момент я оказываюсь снизу. Ловкий гаденыш.

— Носки, — шепчу ему в губы, как только он нависает надо мной. — Сними носки, а то как-то некрасиво в них.

— Рот.

— Что?

— Рот закрой, — парирует в ответ Егор, закрывая мой рот своими губами. Я закрываю не только его, но и глаза, полностью отдаваясь в руки Егора.

"

"В какой-то момент становится плевать не только на его носки и на мои не самые красивые влажные трусы, но и на все остальное тоже. Плевать, как я выгляжу и, что обо мне думает Егор. Я полностью отдаюсь этим ощущениям. Выгибаюсь как кошка, когда в очередной раз чувствую его горячие губы на моем соске. Черт возьми, ну почему это так приятно?

Когда его пальцы вновь проходятся по моей влажной плоти, я все же не выдерживаю и начинаю тихо постанывать.

А спустя несколько секунд чувствую, как Юсупов вклинивается между моих ног. Закидываю руки ему на шею и на ощупь целую его губы. А после он делает резкий толчок, от чего у меня не только открываются глаза, но и, кажется, сразу выкатываются от адской боли между ног…

Глава 13

Чувство такое, что в меня всадили кол, а после проехался поезд. Снова и снова. Между ног все настолько горит от боли, что на глазах невольно появляются слезы. Что это, блин, такое?! Ощущаю происходящее как фильм ужасов.

Юсупов замер так же, как и я, и взглянул на меня… нет, не удивленно, скорее ошарашенно.

— Ты почему не сказала?! — кажется, в ступоре не только я, но и он, судя по напряженному, в миг покрывшемуся потом лицу.

— Что?

— Что ты девственница!

— Я?!

— А кто, блядь?!

— Это невозможно. Ты лишил меня ее три года назад в коттедже!

— Я?! — вот теперь он в ахере.

— Ты!

— А это тогда что такое?! Заросло от неиспользования?!

— Наверное.

— Два тебе по анатомии.