Меченный смертью. Том 4

За воротами находился мост через небольшую речку, а за ней — лес, тянувшийся до земель соседнего имения. Если уметь хорошо ориентироваться на местности и при этом оставлять поменьше следов, можно было уйти от любого преследования.

Я бросился за ним, на бегу выхватывая из кобуры пистолет. Единственным шансом на получение информации теперь было обездвиживание беглеца. Надо стараться стрелять по ногам. Я вскинул пистолет, притормозил, прицелился, но выстрелить не успел. Беглец скрылся за углом дома.

Чертыхнувшись, я помчался следом.

Все-таки я, не останавливаясь пробежал до следующего угла, но и за ним никого не оказалось. Внимательно сканируя расфокусированным взглядом окружающую местность, я вернулся к первому углу особняка, за которым скрылся от меня беглец.

Я сразу их заметил. Следы кроссовок садовника со взрытыми от бега углублениями. Они вели в сторону ворот. Но вот что удивительно: через несколько метров следы исчезли. Вот он последний удар правой ноги о землю. А дальше — ничего. Создавалось такое ощущение, что беглец, сильно оттолкнувшись, высоко подпрыгнул, но обратно так и не приземлился.

Я провел еще с четверть часа в поисках следов. У меня в голове родилось несколько версий произошедшего, но все они были, на мой взгляд, слишком фантастичны.

Большинство из них сводилось к тому, что псевдосадовник обладал магическими способностями и использовал либо их, либо какой-то невероятно дорогой артефакт воздушного аспекта, чтобы стать по максимуму невидимым и невесомым. В пользу этой невероятной версии говорило и то, как легко получилось у садовника повлиять на Трофима Евгеньевича.

В итоге, так ничего и не обнаружив, я направился в особняк. Нужно было срочно обыскать комнату этого странного типа. Возможно, там я найду какие-нибудь зацепки, которые приблизят меня к разгадке всех этих таинственных событий.

Когда я зашел в дом, то увидел в холле управляющего и нашего провинившегося мастера. У обоих глаза были на мокром месте.