Меч Томаса

– Так это, – вытирая сгибом локтя нос, произнес Савмак, – а чего в том доме?

– Возможно, помощь, – коротко ответил Олег.

Через лес шли долго. Олег ворчал и сердился, потому как Люсиль сильно замедляла движение. Когда послушник ее швырнул в кусты, она подвернула ногу и теперь хромала. Савмак ее подбадривал и утешал, отчего Люсиль еще больше страдала и хныкала.

– Долго еще? – спросила она, перелезая очередное бревно поперек тропы.

Савмак заботливо подает ей руку и помогает двигаться. Олег с недовольством глянул на нее, затем перевел взгляд вперед, где тропка уходит вниз.

– Если будем так ползти, – ответил он, – долго.

– Тогда, может, сделаем привал? – предложила Люсиль. – Я устала. Разве мы спешим? Меня чуть не сожгли на костре. Дайте хотя бы перевести дух.

– Хорошо, – кивая, отозвался Олег и ощутил, как невольно напряглись его мускулы. Волховское чутье предупреждает об опасности и раздувает мышцы. – Тогда, как из болота полезут всякие твари, отбивайся тихо и не ори.

Лицо Люсиль моментально побледнело, глаза округлились, как у выпавшего из гнезда совенка, а пальцы вцепились в локоть Савмака.

Она переспросила с напряжением и тревогой в голосе:

– Твари?

Олег указал вперед.

– Там широкое болото. Не знаю, откуда взялось, – ответил он. – Раньше вроде не было. Или было. Не помню. Но тропка ведет прямиком в него.

Савмак предложил:

– А обойти?

– Говорю же – широкое, – пояснил Олег. – Оно с обеих сторон и далеко разлито.

– Откуда знаешь?

– Знаю, – сообщил волхв уверенно. – Времени у нас не так много, как думает Люсиль. Орден не спит и прямо сейчас бегает в поисках Меча. Найдут его первыми – все наискось пойдет. Так что нам одна дорога – напрямик.

Дыхание Люсиль участилось, сделалось шумным, кожа на щеках побелела еще сильнее, а сама женщина как-то осунулась.

– А как же твари? – с дрожью спросила она. – Они есть?

Олег кивнул.

– Есть они тоже любят, – сказал он. – Но пока светло, не осмелятся подняться со дна.

Савмак решительно хлопнул себя по бедрам и прорычал:

– Так чего мы ждем?

После рванул вниз по тропе через густеющие заросли, откуда поднимается сырость, таща за руку сопротивляющуюся Люсиль. Она спотыкается, ноги поднимаются плохо, после избежания участи сгореть на костре тело ее охвачено страхом и слушается плохо. Весь ее облик вопит – ей бы прилечь да отдохнуть где-нибудь в тишине и покое. А не ломиться через болота. Олег вздохнул.