Меч Томаса

Гоняем воздух туда-сюда. Как поменяли имена, сперва вроде пошло дело, а теперь вот опять – люди стали забывать, кто мы и зачем. Служители религиозных общин связь с нами потеряли, все больше торговлей заняты, да насущными делами. Так что туго нам всем, богоборец. Туже, чем когда с тобой мир делили.

– Понимаю…

– Обидно, когда тебя забывают.

– Понимаю… – снова согласился Олег.

Взгляд древнего бога вперился в волхва, гулкий голос поинтересовался:

– Переплут обмолвился, что ты секрет знаешь, как не исчезнуть нам всем из мира и людских умов.

"Олег хмыкнул.

– А чего он сам не поделился?

Стрибог пожал плечами и ответил:

– Да кто его знает. Сказал, что сам выбил из тебя правду. Так и другие пусть выбивают, а не получают за так. Вот я и пришел. Сам. Даже бурю тебе всем семейством устроили, славную и красивую.

– Интересные у вас, богов, представления о гостеприимстве, – заметил волхв.

Губы божества под сияющей бородой растянулись в искренней, широкой улыбке, сверкнули жемчужные зубы, он произнес честно:

– Старались, как могли.

– Да я понял, – кивая, отозвался Олег.

– Так поделишься знанием? – спросил древний бог, взгляд его синих глаз стал цепким и внимательным. Он не примет отказа, а если ему все-таки отказать, последует новая буря, куда мощнее и безжалостней. Олег, скорее всего, ее переживет, чего нельзя сказать о Люсиль и Савмаке.

– Отчего ж не поделиться, – произнес он. – Да и нет там никакой великой тайны. Вас забывают, потому что вы устарели.

– Так а что ж делать-то?

– Быть полезным, – уверенно произнес волхв. – И двигаться не супротив человека, а вместе с ним. Открыть ему свои закрома, перестать быть таинственной силой, а стать силой, которую можно познать. Видишь?

Олег кивнул на дирижабль, древнее божество проследило за его взглядом и сказало:

– Ну.

– Не лукавь, – произнес волхв, – что не показываешь отдельным людям втайне от своих собратьев секреты воздушной мощи. Этот дирижабль лишь малое, что может получиться из союза богов и людей.

На лице Стрибога отпечаталась глубокая озадаченность, между бровей пролегла вертикальная морщина до самой переносицы, веки набрякли. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять, откуда у людей знания для строительства подобных аппаратов.