Марат. Любить вопреки

Рома как раз стоит, привалившись к стене одним плечом, и я оказываюсь у него за спиной.

— Бля! — дергается он, резко оглядываясь. Мобильник торопливо прячет в карман. — Ты че так пугаешь? Чуть не обделался!

— Да я так, мимо шел, смотрю вы стоите. Решил подойти и напомнить тебе про свое предупреждение насчет ваших дебильных ставок. Клянусь, не посмотрю, что мы нормально общаемся и бухаем иногда вместе. Я тебя поломаю, если выясню, что вы все еще играете.

— Да харе, Шторм! Я сказал, никаких больше ставок на твою подружку.

— Про «дала - не дала» тоже забыл. Нет в твоём лексиконе, Рома, больше этих слов в сторону хороших девочек.

— Пиздец, ты правильный стал! — бесится Макаров. — Еще пить брось. И курить заодно ради папиной дочки.

— Надо будет, брошу. Тебя каким боком это трогает? Или тебе со мной с трезвым по клубам ходить неинтересно? Хреновый ты тогда друг, Рома.

— Да че ты взъелся то, Мар. Все мне интересно. В пятницу, кстати, тусовка намечается.

— Не знаю пока. Напомни в пятницу, — протягиваю ему руку.

Ромыч отвечает на рукопожатие. Сдавливаю его ладонь до хруста костей. Он морщится и недовольно сопит.

— Я понял, — выдергивает руку из моего захвата и растирает второй ладонью.

— Надеюсь, — киваю остальным пацанам и ухожу из универа.

С парковки еще раз созваниваюсь с Лелей, чтобы узнать, где она в данный момент времени. Сама в универе, но брательник уже должен вернуться со школы.

Дорога немного успокаивает взведенные нервы. Останавливаюсь у знакомого подъезда. Бабушки на скамейке сидят тоже уже давно знакомые. Приветствую их, прошу приглядеть за мотоциклом и поднимаюсь в квартиру, где иногда, в отсутствии родителей Лели, творилась лютая дичь на скрипучей кровати.

Звоню в дверь. Лелькин братишка открывает и сразу впускает в квартиру.

— Ты чего, дурила, технику не жалеешь? — спрашиваю у пацана. — Опять диск всяким говном забил? Или защиту мою вскрыл и порнуху смотрел? — стебусь над ним.

— Ничего я не смотрел, — фыркает малой.

— Ясно. Значит отключить антивирь, разблокировать сайты ты могёшь, а почистить систему от дряни — нет? — скептически смотрю на него в ожидании, пока загрузится компьютер. — Это тебе урок, кстати, — улыбаюсь я, глядя на его покрасневшие уши.