Малыш для стервы и холостяка

Ну а в колледже уже совсем другая жизнь началась — студенческая.

Рита тихонько улыбнулась, вспоминая. Специальность была, правда, нудная-пренудная, зато группа у них подобралась классная.

Интересно, было бы так же весело на юрфаке? И вообще хороший бы из нее вышел юрист?

Этого уже никто никогда не узнает.

Но зато эйчар из Риты получился неплохой.

Может, это не так престижно и красиво, как юридическая карьера, о которой она когда-то мечтала в детстве, но зато денежно. И для девочки, которая начинала с самых низов, это точно тот результат, которым можно гордиться.

Глава 9

После того разговора все поменялось. Будто в только начавшей нагреваться комнате распахнули окно, и студеным ветром вмиг вымело те жалкие крошки тепла, которые там были. Остался только хрустящий ледяной воздух.

Ни Рита, ни Марк больше не грубили друг другу. Оба были холодно и безукоризненно вежливы. Оба строго соблюдали свои обязанности и договоренности.

По ночам к Арсению вставал Марк. Видимо, понял, что из своей спальни ему ребенка не услышать, и поэтому ложился на диван в детской.

На пеленальном столике уже заранее был приготовлен термос с теплой водой и бутылочка с насыпанными туда шестью ложками смеси, так что когда голодный Арсений просыпался, Марк в считанные секунды готовил смесь, кормил ребенка и тогда уже шел в свою комнату. Отсыпался он после таких дежурств часов до одиннадцати.

Рита первое время просыпалась посреди ночи вместе с Арсением. Не специально — так просто получалось. Слышала мяукающий плач и на автомате распахивала глаза.

А потом лежала в темноте и слушала, как в соседней комнате звонко щелкает кнопка, включающая ночник, как глухо и сонно что-то говорит Марк, успокаивая малыша, как взбалтывается смесь и как резко замолкает Арсений, когда ему наконец-то дают бутылочку. Когда Марк выходил из детской и шел по коридору к себе, Рита закрывала глаза. В звуке его осторожных шагов было что-то успокаивающее. Обычно после того, как с мягким щелчком закрывалась дверь в его комнату, Рита снова засыпала.

Утром Арсений был на ней: вытащить из кроватки проснувшегося ребёнка, умилиться его сонной сияющей улыбке, вдохнуть сладкий, едва уловимый детский запах от мягких светлых волос. Потом переодеть, умыть, покормить, поиграть…

Около одиннадцати поднимался Марк. Позавтракав, он обычно без единого слова забирал Арсения себе, а Рита могла часик-полтора отдохнуть. Потом обед (Марк всегда вежливо благодарил и съедал всю порцию, а иногда и с добавкой) и прогулка.