Жена неверного инквизитора, или Фастфуд от попаданки

Когда Экли со своей командой покинул мой дом, то я вздохнул с облегчением, не скрою.

На всякий случай, решил проводить их до ворот, чтобы уж точно убедиться, что они убрались.

– Что, полковник, вам даже неинтересно, кто написал донос на вашу жену? – поинтересовался инспектор, пока мы шли по дороге к воротам.

Ему явно хотелось оставить последнее слово за собой – чтобы я спросил у него, а он ответил, что это инквизиторская тайна.

– Я в курсе, что вам по закону нельзя разглашать подобную информацию, инспектор Экли, – разочаровал я его.

На самом деле, я знал, кто написал донос.

Вот только как это у нее получилось?

После того шантажа Бладины около клуба, когда она пригрозила мне жалобой, я взял под контроль ее почту. И не только.

Но, похоже, эта сучка привлекла к делу кого-то еще, кто отправил письмо за нее…

Когда я уже почти захлопнул за столичными инквизиторами дверь ворот, Экли вдруг просунул в щель голову:

– Полковник Роуэн, совсем забыл спросить – а что это у вас за рана на плече?"

"Я посмотрел на окровавленный рукав своей рубашки и ощутил стойкое желание прихлопнуть голову Экли дверью.

Но вместо этого ответил:

– Поранился, когда рубил говядину для стейка.

Инспектор разочарованно кивнул, и, наконец, убрался.

На этот раз, слава богу, насовсем.

А я вернулся в дом.

ГЛАВА 82

Макси привела в порядок свое платье, и теперь морщась, потирала запястья.

Я взял ее ладони в свои и притронулся к белым полоскам, которые остались от наручников, но она вырвала руки.

– Почему ты это сделал? Почему не выдал меня своим?

– Потому что каждый инквизитор рано или поздно встречает свою ведьму, – негромко ответил я.

– Я – не твоя ведьма!

– Брось. Ты знаешь, что моя.

– А если провести их не удалось? Что бы ты сделал тогда, Кайзер?

– Тогда я бы их убил.

Широко раскрытыми глазами Макси смотрела на меня, и в этих глазах плескалась вся зелень Хельмдолла.

– И даже, когда я разведусь с тобой, уеду из этого дома, и между нами будет все кончено, ты меня не выдашь? – тихо спросила она. – Если у меня будет другой мужчина, семья, дети…

Я только представил это, а в груди уже всклолыхнулась боль.

Тень той, настоящей боли, которая придет, когда она меня покинет.

– Я сделал свой выбор, Макси. Между долгом и тобой я выбираю тебя. И, что бы ты ни сделала, я сохраню твою тайну.