Магическая доставка «Ветерок»

Он подобрался слишком близко к неизвестному похитителю, отступить теперь было сложнее вдвойне.

– Поверь, сбежать нам будет непросто, – заверила я его.

– Лара!

– Не нервничай, в твоем положении это вредно. Давай лучше думать. – Я села на спальник, вытащила фляги и достала припасы, отложенные на черный день.

Правда, я и помыслить не могла, что этот черный день окажется настолько непроглядным.

– Кстати, я впервые ночевала в лесу, – я огляделась. – До этого если и пользовалась спальником, то все равно спала под крышей, а не на сырой голой земле.

– И я при жизни в лесу не ночевал, – подал голос Грег.

– Видишь, какое у тебя насыщенное посмертие. А то пока живой был, небось сидел безвылазно в своей мастерской. Хоть мир теперь посмотришь. – Я знала, что это послужит для него слабым утешением. Скорее, Грег начнет острее сожалеть об упущенных возможностях. Но удержаться не смогла.

– Лара, думаю, я знаю, что делать, – заявил Эдриан, и вид у него был при этом такой, что его предложение мне заранее не понравилось.

Наверное, уже на этом моменте следовало сказать «нет», но любопытство взяло верх. Стало интересно, что он предложит? Вдруг я ошибаюсь и там что-то дельное? – Я поставлю на себе маячок и сдамся некроманту. Скажу, если спросит, что ты меня бросила и улетела, используя свои некромантские способности, а меня оставила умирать, – решил подколоть меня напарник.

– Знаешь, а мысль неплоха… особенно ее последняя часть. – Думаю, одна я бы улетела, особенно если бы, как настоящий некромант, использовала Грега для отвлечения внимания.

Я взглянула на нахохлившегося духа, сидевшего недалеко от нас, и поджала губы. Если я решусь его использовать, значит, ситуация стала совсем критической, мы пока до такого не дошли. Хотя меня бесило совершенно неуместное чувство жалости к нежити. Во время учебы я без зазрения совести работала с поднятыми, не испытывая по этому поводу совершенно никаких моральных терзаний.

Дело во мне? Я так изменилась?

Или проблема в Греге? Пожалуй, я никогда раньше не сталкивалась с душой, только-только обретшей посмертие.

Грег пока не утратил своей человечности, не смирился с постигшей его участью, не зачерствел, став равнодушным и безразличным. Все это время он, напротив, был с нами и вел себя как живой. Вот и результат, что воспринимать его мы стали соответственно. Да и он никак не может принять собственную смерть.

Все сложно.

– Ты сможешь поставить метку? – Кажется, Эдриан был серьезно настроен самоубиться.