Мачеха для дочки снежного короля

Девочка глянула на меня своими светло-карими глазками и зашлась сильнее. Я,

забыв стеснение, протянула ладони, взяла малышку на руки. Чуть прижала к груди,

принялась медленно укачивать. Может, маленькая проголодалась или мокрая?

Хотя на ней, скорее всего, ультракомфортный подгузник. Я просто убаюкивала

Лялю в надежде, что скоро к нам присоединится ее отец.

Глава 6

Никита

Я не собирался скрывать от Есении, что приютил Еву и Тасю в новогоднюю ночь.

Полностью осознавал, какие могу получить проблемы, но врать было бы слишком

противно.

оставить их в опасности. Мне хватило тревожной дороги к ним от своего дома.

Однако Еся не спросила меня, где я и с кем, как дочь... Поговорила отрывисто,

заливаясь смехом. Невеста явно чувствовала себя счастливой. Впрочем, я рад за

нее. Матушка же, в отличие от будущей невестки, засыпала меня вопросами и

упреками. Тут уже я сам поспешил закончить разговор. Главное, у родителей все в

порядке—мама купировала загул отца с лучшим другом.

Я вышел из кабинета и застал сонное царство. Таська сладко уснула под мультик,

положив руку под щечку. Меня передернуло, когда я вспомнил ее полные страха

глаза. Так больно мне тогда стало за малышку. Может, что-то человечное во мне

еще осталось после жесткой спортивной и публичной жизни‘? Или малая до сих пор

очень сильно ассоциируется с Лялькой. Кстати, о дочери, скоро она затребует есть.

Маленькая просыпается средь ночи чаще обычного-как правильно заметила няня,

у нас беспокойный ребенок.

У самой комнаты Оли я услышал непривычный для нашего дома звук, кто-то тихо

напевал размеренную песню. колыбельную. Мне отчего-то стало не по себе-я

думал, Ева пошла в ванную, а она поднялась к Ляльке. От их встречи я не ощущал

страха или негатива. Просто волнение. На негнущихся ногах я проследовал к двери.

Ева ходила по комнате, Ляля посапывала у нее на руках. Неужели, гостье удалось

угомонить нашего ребенка без бутылочки’? Дочка сладко прикорнула у нее на груди.

- Малышка спокойная, прямо как моя Тася,-улыбнулась молодая женщина,

завидев меня у входа, - та тоже могла за несколько минут угомониться. Не

представляю, что бы я делала, будь у меня еще ребенок беспокойным.

Последняя фраза выдала нечто личное, и Ева смутилась. Она нагнулась над

колыбелью, осторожно опустила в нее Ляльку. Та почмокала немного, но не

проснулась. Гостья прошла к дверям.