Лучшие враги

В голову пришла непривычная мысль, что мужчину, спасшего невесту от любовного помешательства, проклинать неловко, но я из принципа не пожелала признать, как сильно он облегчил мне жизнь:

– Любовная лихорадка прошла бы через пару дней сама собой!

– Это были бы чудесные дни, скажи? – сыронизировал он.

– Не хуже остальных! – отрезала я. – Ты не имел никакого права целовать меня, пока я была не в своем уме!

– Давай начистоту, ты мне задачу вовсе не облегчала, – заметил он и, поморщившись, пальцем отщелкнул шар подальше от своего лица.

– Ты и рад воспользоваться удачным моментом! – издевательски протянула я. – Совесть не мучает?

– А тебя?

– Вообще-то я здесь пострадавшая сторона!

– Не хочу показаться мелочным, Эннари, но именно ты опоила меня приворотным зельем.

Замечание было справедливым, но я все равно недовольно вопросила:

– Оно на тебя даже не подействовало, а ты все равно решил получить компенсацию? Между прочим, я проявила сознательность: ушла на самоизоляцию.

– У меня сложилось впечатление, что изолировалась ты в моей комнате, – напомнил Калеб, что я вела себя как последняя дурочка.

Святые демоны, такой позор можно пережить, только закопавшись в могиле или в каком-нибудь саркофаге, прикрывшись гранитной плитой!

– Я уехала в столицу, но ты и там меня отыскал!

– Грешен, – развел он руками, – но, заметь, я два дня достойно держал круговую оборону.

– Так и держал бы дальше!

– Ты была такой убедительной…

– Как это по-мужски – сваливать вину со своей больной головы на женскую здоровую!"

"Тут случилась заминка, ведь очевидно, что от любовной лихорадки я находилась не в своем уме.

– То есть бабкиной мастерской в качестве извинений тебе недостаточно? – резюмировал Калеб. – Давай договоримся: я забуду о привороте, а ты забудешь о поцелуе. По-моему, прекрасное предложение.

– Не собираюсь я ничего забывать! До конца жизни запомню!

– Хорошо. – Губы Калеба растянулись в ленивой улыбке, и на щеке появилась ямочка, заставляющая меня чувствовать себя очень странно, словно опять под приворотным зельем. – Согласен! Ничего ни в коем случае не забывай, Эннари. Ты же понимаешь, что только кретин будет сожалеть о том, что поцеловал красивую темную чародейку? Напомнишь мне лет через пять и снова порадуешь.