Любовница бывшего мужа

А он вообще не замечает этого случайного прикосновения!

И это, кажется, задевает меня…

Когда мы жили вместе, Богдан не носил галстуки. Почти никогда. Но все же были какие-то особые поводы, по которым он надевал “эту удавку”, как он тогда выражался.

Галстук всегда подбирала я. Завязывала тоже - он не умел.

Зато сейчас легко и небрежно с этим справляется.

И все равно - мне на секунду кажется, что мы перенеслись в прошлое.

Я чувствую какую-то щемящую грусть. Кажется, на мои глаза даже наворачиваются слезы…

А этому толстокожему носорогу все нипочем!

Его никакие воспоминания не терзают.

Я собиралась надеть скромный брючный костюм. Я его уже приготовила.

Но теперь....

Я достану из чемодана свою самую облегающую юбку и самую развратную блузку. И убийственные туфли на шпильках. Те самые, в которых я была, когда мы встретились в холле “Династии”.

Попробуй теперь не заметить меня!

Богдан

Я произнес речь на открытии выставки.

Егор Зайцев, наш коммерческий, кусал локти. Я бы с радостью уступил ему эту честь. Но отказывать настойчивым просьбам оргкомитета было не с руки.

Ничего, Зайцев переживет. Выступит на закрытии.

На протяжении всей речи я смотрел на Марусю. Просто не мог оторвать глаз.

Эта деловая колбаса вырядилась как на съемки порно-фильма! Того самого, где горячая секретарша приносит своему боссу плохо сваренный кофе, а он в наказание наклоняет ее над столом, задирает юбку и…

Так, хватит!

Мне через тридцать секунд нужно будет покинуть трибуну, а у меня стояк! Придется немного потянуть время.

Когда я, уже смешавшись с толпой, снова нашел ее глазами, рядом с ней крутился… Егор Зайцев!

Он что, мстит мне?

Да я этого молокососа по стенке размажу! Если он посмеет хоть пальцем коснуться моей Клубнички.

Да ему даже рядом стоять нельзя.

Весь день я гонялся за Марусей.

И весь день она была неуловима. В своем порно-прикиде встречалась с представителями разных компаний, представленных на выставке.

Я надеялся как бы невзначай пригласить Клубничку на обед. Но обнаружил ее в кафе с каким-то чернявым перцем. Они разглядывали буклеты, склонившись над столом голова к голове.

А я мучился острым желанием взять чернявого за шкирку и выбросить в окно.