Любовь под напряжением

Наверняка это она к нему подсела. Вчера мы держались за руки в подъезде, и сегодня мне не хотелось думать, что этот парень подрулил к Лиде по собственной инициативе. Блин, и почему на крыше я отшила его после поцелуя? Вечно бегу впереди паровоза!

Всю пару я оборачивалась к Умнику и постоянно натыкалась на его заинтересованный взгляд.

– Что ты все время вертишься, Журавлева? – рассердилась наконец Валя, которую я, видите ли, отвлекала от лекции. – Сейчас он нам не нужен! И никуда твой Ванечка не денется во время занятий…

Я же вертелась просто потому, что мне нравилось на него смотреть.

В очередной раз встретившись глазами, Умник мне улыбнулся. Той. Самой. Улыбкой. Как на крыше… Тогда я с невозмутимым лицом снова отвернулась, хотя самой хотелось счастливо и громко рассмеяться. На всю аудиторию. Но вряд ли Лев Борисович, рассказывающий о принудительных работах как виде наказания, понял бы мой душевный порыв.

На последней паре мы со Злобинец одними из первых ринулись на улицу.

Тучи еще больше сгустились, и ветер сильный поднялся. Я усадила Валю на скамейку и приказала:

– Жди меня здесь!

– Что ты задумала? – перепугалась Зло."

"– Скоро приведу его к тебе! Главное – не упустить!

– Лера, мне это не нравится, – предупредила Валя.

– Почему? Ничего страшного не произойдет. А попытаться стоит! Вдруг дело правда в нем и все получится?

Валя прятала от меня глаза, боясь, что я смогу прочитать ее мысли.

Но мне сейчас было не до этого. Умник мог в любую минуту выйти из университета. Нужно его перехватить!

Я поскакала обратно к корпусу. Вдалеке погромыхивал гром, и его раскаты вызывали теперь у меня самые противоречивые чувства.

Когда Иван вышел из университета, молния сверкнула прямо надо мной, а через пару секунд оглушительно прогремело. Тут же послышался протяжный вой автосигнализации. Грозовой ветер трепал русые волосы парня, и я вновь засмотрелась на него, как тогда, на крыше.

И сердце гулко бухало, будто я встретила любимого актера, на которого до этого лишь любовалась с экрана.

Не знаю, куда подевалась вся моя смелость, но я снова будто в землю вросла. Иван уже спустился со ступеней, и тогда я все-таки собрала волю в кулак и на ватных ногах шагнула ему навстречу, перегородив путь.

– Лера? – удивился парень.

Конечно, он уже догадывался, что я к нему неровно дышу.