Переломная точка

— Из-за его дяди? Из-за того, что у этого богатого сноба большие политические связи?

Блейн помедлил, но потом всё же признал:

— Частично.

— То есть, — мой голос заметно дрогнул, и злость, которую я испытывала, теперь уже начинала перерастать в настоящее разочарование, — ты защищаешь насильника ради своего политического роста?

На этом Блейн поднялся и приблизился ко мне.

— Я не сказал, что делаю это ради продвижения карьеры, — осторожно произнёс он, вглядываясь в моё лицо.

— Тогда почему? — мне очень хотелось услышать объяснения, которые могли хоть как-то его оправдать.

Казалось, Блейну было сложно найти слова, но он, наконец, произнёс:

— Кэт, я… не могу тебе об этом сказать.

Мой рот открылся от удивления, прежде чем меня охватил новый приступ разочарования, смешанного с удушающей дозой негодования.

— То есть, как не можешь сказать? Не можешь или не хочешь?

— Не могу. Тебе нужно просто мне верить, Кэт.

— Знаешь, это уже слишком! — выдохнула я, покачав головой. — Ты говоришь, что я должна тебе просто верить? Ты, наверное, не знаешь, но доверие — это улица с двусторонним движением!

— То есть, ты хочешь сказать, что не веришь мне? — отрывисто спросил он.

— Что посеешь, то и пожнёшь, Блейн, — выпалила я в ответ, даже не пытаясь сдерживать горькие эмоции. — На случай, если ты забыл, мы с тобой разошлись как раз из-за того, что ты не рассказал мне о чём-то очень важном. И сейчас ты делаешь то же самое!"

"— Это не одно и то же, даже близко, — со злостью возразил Блейн.

— Мне не хочется с тобой ссориться, — тихо произнесла я.

Развернувшись, Блейн притянул меня за талию к себе. Усталость, пролегавшая у его глаз, теперь стала ещё более заметной.

Наши взгляды встретились, и когда рука Блейна поднялась к моему подбородку, я склонила голову в его ладонь, чувствуя, как шершавые подушечки пальцев гладили мою кожу.