Любовь, которой не было

И даже после всего мы с Пашей оставались хорошими друзьями. Не самыми близкими, но общались и поддерживали связь. Он переехал в столицу незадолго до меня, и мы привыкали к шумному городу вместе.

– Прости, принцесса. Я не хотел тебя обижать. Мне просто не нравится, что возле тебя крутится другой мужчина.

– Переживешь. Против Сэма ты ничего не говорил.

– Сэм – другое. Значит, просто подарок на новоселье?

– Просто подарок. Грубый и неприличный, но подарок.

– Хорошо."

"– Ничего хорошего, Алекс! Ты не имеешь права меня ревновать и устраивать допрос.

– Если ты считаешь, что у меня нет права, то это не значит, что я не могу ревновать. Но подарок мы обязательно используем.

– Алекс… Давай обсудим всё утром, хорошо? Я сейчас не готова к разговору.

– Значит, мы поговорим? И ты не будешь сбегать, отнекиваться и делать вид, что это просто случайность? Обещаешь, принцесса?

– Обещаю. А теперь мне нужно в душ и спать. И это не приглашение.

– Я понял, Юн. Так я могу остаться или мне темной, страшной ночью возвращаться в другой город? Меня могу убить, принцесса, ограбить.

– Диван в твоем распоряжении.

Улыбаюсь на этот дешевый спектакль. Марк с таким же серьезным выражением убеждал, почему ему нужно включить ещё одну серию мультфильмов или пропустить день в садике.

– Не останешься со мной? Поверь, принцесса, на мне очень удобно спать. Я даже постараюсь не приставать.

– Алекс, я не готова…

– Руки выше талии, обещаю.

– Выше талии у меня и грудь есть. Давай будем говорить утром, как договорились.

– Хорошо, принцесса.

Но когда я выхожу из душа, мужчина, в противовес своим обещанием, тянет за собой на диван. В комнате темно, но я могу различить блеск его глаз и широкую улыбку.

– Я не буду опускать руки ниже, - обещает, касаясь тазобедренных косточках. Обводит их, а после ведёт ладони дальше. Сжимает талию, проводит кончиками пальцев по рёбрам. Ласкает кожу под грудью. – И выше тоже не буду касаться. Всё в рамках приличия, честно.

И Алекс оказывается прав.

Глава 25

– Что он тут делает?

Марк стоит, уперев руки в боки, и смотрит на Алекса. Так мои опекуны, когда я жила в приемной семье, смотрели на нашу загулявшую компанию. Мы собирались во дворе и играли до самой ночи.

– Доброе утро, милый.

Треплю Марка по спутанным волосам и радуюсь, что Алекс успел одеться. Точнее, я заставила его, едва проснувшись от будильника. Поговорить нам не удалось, и я была этому рада.