Любимая игрушка Зверя

Ну в смысле – она же и есть мама, все правильно.

А потом наступает тот самый день. Ясный. Солнечный. В такой день не может произойти ничего плохого. Ну не может же?!

Мы в автомобиле. Я. Мама. Папа. И… чемоданы. За рулем водитель. Сзади еще одна машина и одна впереди. Там охрана. Мы всегда так ездим. Отец называет это «мерами безопасности».

Я едва могу усидеть на сиденье. Кручусь. Верчусь. Кажется, у меня даже есть какая-то игрушка в руках. Солдат. Железный. Несгибаемый. Я бы хотел авто или мягкого мишку, но отец контролирует мои развлечения.

Странный звук. Будто камень ударяет по лобовому стеклу. А потом еще и еще.

Кто-то развлекается? Шутит? Зря. Мой отец совсем не понимает шуток. Он и улыбается редко."

"Я смотрю вперед – и не вижу нашей машины. На дороге – не вижу. Там какая-то совсем другая. У нас же все черные, а эта красная. По глазам такой цвет бьет. И прежде чем зажмуриться, успеваю заметить паутину на лобовом стекле. Очень странную.

А камни все бьют и бьют. Что это?

- Назад! – кричит отец. – Назад!

Когда я снова открываю глаза, паутина становится гуще. Уже все стекло покрывает. И до меня доходит… тут нет никакой паутины. Трещины. Очень много трещин.

Взрыв. Оглушительный. Все вокруг дрожит и вибрирует. Ощущение, будто меня ударяют в грудь. Опрокидывают на пол и там нет никакого мата. Жесткая поверхность. Не тренировка. Реальность.

Оборачиваюсь назад и вижу, как горит и дымится та наша машина, которая была сзади.

- Это же бронированный автомобиль, - выпаливает мама, сгребая меня в объятья, прижимая крепче. – Сережа, ты говорил…

- Тормози! – отец хватает водителя за руку.

- Сережа, что ты…

Отец отстегивает ремень безопасности, поворачивается к нам. Его лицо совсем белое. Белее снега. Я не узнаю это выражение. Я никогда таким папу не видел.

Он быстро целует маму в щеку. Чмокает меня в макушку. А потом как будто усмехается. Только очень страшно. Странно.

Он сжимает мамину ладонь, которая крепко сжимает мою.

- Все будет в порядке, - чеканит. – Им нужен я.

- Нет! Сережа, нет…

Отец выходит из авто. Поднимает руки вверх. Идет по середине дороги. Прямо к той красной машине. Останавливается.

Может, он говорит что-то? Не знаю. Не слышу.

Я просто смотрю на трещину. На паутину. И на отца за ней. На моего отца. По ту сторону.

Я ничего не понимаю. Только еще сильнее стискиваю своего солдатика.

Что это? Что?!

- Нет, - бормочет мама. – Боже мой.