Лишняя. С изъяном

Раз не исцеляют, значит, плохо исследуют. Или вообще не заморачиваются.

Чем больше я знакомилась с местным бытом, тем больше хотелось попасть в академию. Не потому, что меня там научат чему-то новому (с моей единичкой о многих заклинаниях только мечтать), а потому, что любопытно посмотреть на саму систему профессиональной подготовки лекарей. Что-то мне кажется, трупы они не вскрывают.

На утренних и вечерних проповедях в пансионе я успела наслушаться всякого. И если пока я жила на два мира (или спала?) – пропускала всю религиозную ерунду мимо ушей, то сейчас внимала как губка.

Например, тело человека после смерти трогать грешно. Максимум переодеть. Обследовать, тем более вскрывать покойников, даже умерших не своей смертью, строго запрещалось религией.

Формально государство считалось светским, то есть церковь отдельно, король отдельно. Но последние лет сто монархи так внимательно прислушивались к архиепископам, что фактически превратили Рион в теократию. Все устраивалось по слову божию, ну, кроме тех пунктов, когда нужно было делиться нажитым и любить ближнего.

И если в пансионе я еще испытывала какие-то иллюзии по поводу того, что для врачей будет сделано исключение, то как только я попала на левый берег, все воздушные замки рассеялись как дым. Во время разговоров с девочками я узнала не только об их болезнях и проблемах. Выяснилось очень много полезного о жизни в Дорсетте и за его пределами, о чем в газетах не прочитаешь и от монахинь не услышишь.

Целители как маги были на вес золота.

А иной медицины в Рионе не предлагалось. Были еще травницы, коновалы и цирюльники. Первые еще оказывали услуги повитух.

Коновалы, они же ветеринары, если что – лечили животных и бедных людей теми же методами. То есть выгнать глистов, перевязать рану или вправить вывих – это к ним. Болит зуб – это либо к травнице за припарками, либо к цирюльнику – выдирать. По понятным причинам все предпочитали травниц, но иногда отвары не помогали.

В огромную больницу с дежурными лекарями и новейшим оборудованием шли в самом крайнем случае.

Собственно, так в борделе оказались близняшки. Они расплатились собой за лечение матери. Она сильно болела после шестых родов, и любящий муж не придумал другого способа заработать, как сдать старших дочерей в бордель.

Я бы на его месте просто поберегла жену от частых беременностей, но кто меня спрашивает.

Зато лечили там практически ото всего. На какое-то время.