Лю Яо: Возрождение клана Фуяо

В ушах оглушительно зазвенело, и все его клинки разом вырвались на свободу!

Повисший в воздухе меч изначального духа превратился в чистое намерение и хлынул вперед, снося горы и опрокидывая моря1. В воздухе раздался дикий, почти звериный рев, и налетевший на лезвие свирепый вихрь в миг оказался отброшен назад.

1 排山倒海 (pái shān dǎo hǎi) — сносить горы и опрокидывать моря (обр. в знач.: всесокрушающий; неодолимый, сокрушая всё на своём пути).

Янь Чжэнмин содрогнулся всем телом, вопреки ожиданиям, его раны истекали кровью.

— Сяо Цянь... — бессознательно пробормотал он.

Всю свою жизнь он ненавидел себя за то, что не смог защитить юного Чэн Цяня. Но спустя годы, Чэн Цянь стал таким сильным, что больше не нуждался в старшем брате. Лишь остаточный страх, зародившийся в сердце Янь Чжэнмина в те годы, так и не желал покидать его.

Губы Янь Чжэнмина тронула странная улыбка, и юноша тут же потерял сознание, застыв там же, где и стоял.

Деревянный клинок замер, но не упал. Его лезвие так и зависло в воздухе, держась ровно перед хозяином.

Однако, вопреки ожиданиям, никакого удара не последовало. Столкнувшись с таким сильным противником, яростный вихрь словно растерялся и предпочел скрыться в недрах тайного царства годы Дасюэшань.

Заключенная в клинок часть души Чэн Цяня, казалось, вздохнула с облегчением. Это было поистине неописуемое  чувство. Его сознание было разделено надвое: одна половина оставалась в теле, а другая — в деревянном мече.

Чэн Цянь отчаянно сопротивлялся влиянию заклинания. Юноша изо всех сил пытался сохранить здравомыслие, ведь, когда печать наследия цянькунь спала, помещенная в клинок часть его сознания все еще защищала Янь Чжэнмина.  Находясь под подавляющим влиянием «души художника» он озадаченно размышлял над причинами и следствием.

Увидев, что ветер отступил, Чэн Цянь быстро перевел дух. Однако, в его душе уже зародилось сомнение.

Что такое «душа художника»?

Зачем Тан Чжэню желать, чтобы он убил Янь Чжэнмина?"

"Если бы Тан Чжэнь хотел повергнуть мир в хаос, он мог бы избавиться от Хань Юаня, Шан Ваньняня и других, но никак не от Янь Чжэнмина. У старшего брата клана Фуяо было столько перевернутых чешуек2, что их все можно было пересчитать одной рукой.