Лю Яо: Возрождение клана Фуяо

«Воровство запрещено, а мошенничество, вероятно, дозволено» — с сарказмом подумал Чэн Цянь, но тут же вспомнил терпимость, с которой отнесся к своему учителю во время ливня. Ему оставалось лишь мрачно вздохнуть: «Так тому и быть».

У четвертого младшего брата был маленький нос и такая же челюсть, а крошечные глаза его блестели так скользко, что это совершенно не добавляло мальчику привлекательности.

Хань Юань не понравился Чэн Цяню с первого взгляда. Мало того, что он оказался некрасив, так еще и взял себе титул «младшего брата».

Чэн Цяню было сложно привязаться ко всему, что касалось «братьев», но он просто похоронил свою неприязнь глубоко в сердце, притворившись дружелюбным и приятным снаружи, впрочем, оставаясь при этом не слишком тактичным.

В семье Чэн Цяня новая одежда доставалась только старшему брату, а молочная каша — младшему. Одним словом, хорошие вещи никогда не попадали ему в руки. Напротив, мальчику часто приходилось выполнять работу по дому.

К Чэн Цяню не проявляли снисходительности, поэтому в его сердце, естественно, сохранилась обида.

С другой стороны, он также помнил слова старого туншэна: «Отец должен быть добрым, сын — послушным, а хорошие братья — проявлять любовь и уважение». Поэтому он часто чувствовал, что его обида бессмысленна.

Теперь, вспомнив слова своего наставника, Чэн Цянь не имел иного выбора, кроме как смириться и попытаться стать достойным старшим братом.

По дороге, если попадалось какое-то поручение, Чэн Цянь, как старший брат, бежал его выполнять; если была какая-нибудь еда, он позволял своему учителю наслаждаться первым, младшему брату — вторым, а сам ел последним.

Это было нелегко, так что Чэн Цяню приходилось контролировать себя, чтобы не разрушить свой, наполненный добротой, вежливостью, сдержанностью и великодушием, образ.

Чэн Цянь часто предъявлял к себе чрезмерные требования — его отец провел в бедности и несчастье всю жизнь. Он был неприличным и раздражительным человеком, который, к тому же, грубо обращался с сыном. Мальчик нередко вспоминал слова старого туншэна.

Он не осмеливался ненавидеть своего отца, поэтому внутренне жалел его. Просыпаясь ночью, Чэн Цянь долго думал о том, что лучше умрет, чем станет таким, как он.

Именно по этой причине он, несмотря ни на что, не мог позволить себе потерять хрупкое достоинство [3].

[3] Тут достоинство приобретает значение «лица». Страх потерять лицо. Этот фактор лежит в основе любого социального взаимодействия для большинства китайцев.