Лишняя. С изъяном

 – Хорошо, если ты так настаиваешь, я дерну пару однокурсников. Бунтари еще те, их никаким авторитетом не задавишь. Если только клятвой.

– Прямо сейчас! – строго приказала я.

Жених на секунду прижмурился, видимо мысленно поминая мои шило в заднице и богатую фантазию разными неджентльменскими словами, потом с явной неохотой сгрузил меня обратно на диван, задержавшись ладонью на бедрах куда дольше положенного, хотя ему их даже видеть не положено вообще-то! О чем я думаю?..

Думала я явно не о том, потому что, видя, как он натягивает сапоги обратно, вместо того чтобы отправиться домой, как давно бы уже поступила на моем месте приличная леди, я потянулась и потерла уставшее от пластики – дважды за день туда-сюда – лицо ладонями.

– Возвращайся побыстрее, – пробормотала я, поднимаясь с дивана и направляясь в совершенно противоположную от двери сторону. В спальню, на второй этаж.

– Ага, – нечленораздельно выдавил согласие Броди и чересчур резко захлопнул за собой дверь.

Поспешно сбежал, я бы сказала.

С другой стороны, после такого стресса самое нормальное и полезное, чтобы почувствовать себя живой, – это заняться сексом. С этой мыслью я стянула платье, бронекорсет и, не торопясь, приняла душ.

Кажется, впервые в этом мире мне не нужно было куда-то бежать, что-то срочно изучать, читать или вникать. Я натянула обратно тонкое нижнее платье – вполне сойдет за ночнушку – и бездумно уставилась в окно. До заката еще далеко.

Ну что же, подруга. Я нашла твоего убийцу. И даже начала мстить, если две иглы, воткнутые в стратегические места, можно так назвать. Только праздновать рано. Пока я больше ничего не могу сделать. Разве что похитить его самой и пытать в казематах?

Меня передернуло.

Нет, несмотря на все пережитое, я еще не дошла до той степени черствости, чтобы со спокойной душой втыкать человеку иголки под ногти.

Интересно, почему?

Кажется, я все же снова задремала, вымотавшись морально, потому что когда в следующий раз услышала скрежет ключа в замке и подскочила на кровати, за окном уже расцветал закат.

Бродерик поднимался по скрипучим ступенькам медленно, будто не веря до конца в реальность происходящего. Да, я сейчас рвала все шаблоны юных дев, но я же принцесса из борделя.