Лишняя. С изъяном

В прошлом году их было четыре.

Король насупил брови, намекая «не тяни, выкладывай уже». Глава службы безопасности оттягивал выкладывание сути до последнего, ибо и сам до конца не понимал, хорошая это новость или плохая. А гонца, принесшего плохую, как известно, могут и наказать.

– Вчера клятва верности поступающих снова разделилась на четыре потока. Как и всегда последние семнадцать лет.

Королева вскрикнула и схватилась за сердце. Король на ватных ногах осел в так кстати подвернувшееся кресло.

Доэрти отпрянул назад, к двери.

– Врача позовите, – приоткрыв створку, пробормотал он в пространство.

Поспешно удаляющиеся шаги дали понять, что его услышали.

– То есть… она жива? – пролепетала Аннора, обмахиваясь отчетом с северных рубежей о работе шахт.

Бумага смялась до нечитаемости, но отобрать ее король и не подумал. Ему бы самому не помешало немного свежего воздуха.

В приоткрытые двери просочился лорд Оффал, королевский лекарь. Доэрти заранее попросил его обождать неподалеку, предчувствуя, что после таких новостей королевской чете может понадобиться помощь специалиста.

– Но почему она не пришла к нам? Не написала хотя бы? – пролепетала Аннора, после того как лекарь произнес над ней небольшое успокаивающее заклинание.

Король пожал плечами и почему-то уставился на главу службы безопасности, хотя вообще-то речь шла о его собственной дочери. Доэрти замялся: на вопрос ответить надо, но так, чтобы еще и на плаху не угодить.

– Обстоятельства ее гибели… то есть гибели той, что мы приняли за принцессу, могли расположить ее высочество к мысли, что в этом замешан кто-то из дворца, – обтекаемо сформулировал он наконец.

– То есть Катраона решила, что это я приказал ее убить, – перевел для себя витиеватую фразу король, темнея лицом. Доэрти, напротив, побелел и судорожно сглотнул вдруг пересохшим горлом. – И где она сейчас?

Вот именно этого вопроса глава службы безопасности опасался больше всего.

– Ищем, ваше величество, – склонил голову лорд Доэрти.

– То есть не знаете.

Король вернулся к протаптыванию тропинки в ковре. Лорд Оффал отступил к стене, стараясь с нею слиться. Лишние свидетели личной беседы на столь деликатную тему рисковали вдруг получить назначение в отдаленную провинцию, а то и вовсе пропасть без вести. Королевскому лекарю оставалось надеяться только на собственную безупречную репутацию.