Лишнее золото. Судьбы цвета хаки

– Да, черт побери, они самые… – кивнул Майкл и спохватился. – Карим, я надеюсь, ты не примешь это на свой счет. Я ничего не имею против нормальных мусульман.

– Все в порядке, Майкл, – усмехнулся Шайя. – Я тоже не люблю фанатиков.

– Мне бы не хотелось оскорбить твои чувства…

Нардин-старший посмотрел на Беннета и покачал головой: Майкл так и остался техасцем, до мозга костей. Он до сих пор тянет гласные в словах, и нет в его понимании сильнее обиды, чем та, которую можно обозначить: «Ты оскорбил мои чувства».

5 год по летоисчислению Нового мира.

Портовый район Виго

– Что вы себе позволяете?! – визгливо закричал толстяк, размахивая перед нами пухлыми ручонками, в которых держал стопку документов. Он долго тряс этими бумажками, а потом швырнул их на письменный стол, да так, что эти незаполненные накладные разлетелись в разные стороны.

Несмотря на кондиционер, в кабинете было жарко, и личико нашего собеседника блестело от пота. Он перевел дух и продолжил:

– Я жаловаться буду! Свяжите меня с вашим начальством! Немедленно!"

"– Смотри ты мне, – хмуро буркнул Шайя.

Он присел на край письменного стола и лениво покачивал ногой. – Жаловаться он будет… Ты слышал, Медведь, – жаловаться!

– Кошмар. И куда катится этот мир?

– А давай его застрелим? – предложил Карим. Он скользнул взглядом по застывшему толстяку и положил руку на кобуру. – Потом напишем в отчете, что угрожал.

– Только угрожал? – уточнил я.

– Нет, почему же… Напал и начал зверски избивать.

– Думаешь, смог бы?

– Этот? – Алжирец смерил взглядом визави.

 – Еще как! Знаешь, эти толстяки только на вид добрые. А как драться начнут, все – туши свет. Помнишь наш любимый бар в Кальви? Тот самый, где барменом работал жирдяй из Аяччо?

– Конечно, помню! Сильный был мужик. Ударом кулака гвоздь в стенку забивал.

– Вот именно – был. Жаль, погиб глупо. И этот такой же. Ты смотри, какой упитанный. Раскидает нас, как котят.

– А что в отчете напишем?

– Так и напишем: «Нападение на представителей службы безопасности Ордена».

Как это ни прискорбно, но «сотрудникам пришлось применить оружие для самообороны», отчего подозреваемый умер. Неожиданно и скоропостижно. Потом съездим к доктору в портовый медпункт и предъявим следы побоев. Поль, ты не переживай, – покосился на меня Карим, поглаживая кулак, – синяки и легкие повреждения организма тебе обеспечу. Выглядеть будет убедительно. С гарантией…

– Верю, – вздохнул я, – особенно про убедительность и гарантии.