Леди GUN

Симеон недоумевал: неужто он ошибся и в этот раз? Он снова принял визитера не за того? Но кто же был этот человек? Его сейчас более всего заботил именно этот вопрос. Но чуть меньше, чем боль под глазом и в скуле. Относился бы епископ повнимательнее к подчиненному клиру и приходским мирянам, находилось бы у него время до низшего сословия и прислуги – не было бы нужды сочинять алиби и оправдываться перед садовником.

Подслушавший под дверью разговор прислужник перестал напрягать свою память. Он таки вспомнил, где видел Бориса.

Выдался шанс уничтожить слугу дьявола. К тому же теперь он знает, к кому обратиться. Борис опешил, когда в темном коридоре кто-то вцепился в его рукав. Он разглядел в полумраке физиономию сгорбленного служки. Тот проникновенным шепотом, озираясь по сторонам, доверительно произнес:

– У меня для вас очень важная информация об этом вероотступнике.

Зрелище было не из приятных. «И этот туда же, наверное, тоже считает меня «товарищем майором», – подумал Борис. – Быстрее отсюда на свежий воздух!»"

"– Отлепись. – Борис с силой одернул руку и оттолкнул прислужника. Он несся по коридору быстрыми шагами и вскоре задвинул за собой бархатную шторку. Борис помчался к выходу с единственным желанием – увидеть солнце.

СССР. Москва

Начальник отдела ЦК партии по делам религий Кулич, склонившись над своим рабочим столом, уже третий раз перечитывал два машинописных листка и разглядывал приклеенную к ним вырезку из иностранной газеты.

– Соедините меня с Юрием Вадимовичем.

Полковник Антипин, начальник отдела КГБ, посчитал нужным явиться в ЦК лично, дело было деликатным.

– Прошу прощения, Михаил Иванович.

– Да заходи, Юра. Что думаешь по поводу донесения агента Пилипенко из Европы? Да ты присаживайся. – Мнение Антипина для Кулича значило многое, он полагался на холодную рассудительность полковника. Именно такие люди нужны в разведке – безотказные и бесстрастные, как отлаженный механизм. «Не то что я, – подумал Кулич, – этот робот и меня сдаст, сделай я что-то не так. В таких делах ответственность надо делить, вот и разделим ее на двоих».