Лабиринт

Все верно, запрятать нужную информацию в пределах города — практически то же самое, что отдать ее Беликову прямо в руки. Не стоит так же забывать, что любой из нашего окружения мог оказаться предателем. Несмотря на жесткие проверки и постоянный контроль мы всегда думали о худшем. Хочешь мира — готовься к войне. Никакого чертового оптимизма. Всегда будь готов к чужому дыханию за своей спиной. Завибрировал сотовый, мельком глянул на часы на своем запястье — минута в минуту. Не сомневался, но каждый раз проверял, насколько точно выполняются мои указания.

— Да, Русый. Я не на месте сейчас. — Ни одна живая душа не знала, куда я направляюсь. Любой риск нужно свести к минимуму.

— Все сделали, все под контролем.

— Карина дома?

— Да, конечно.

— Следить за каждым шагом. Из дома — ни ногой. Ни на какие истерики не обращать внимания. За Фаиной так же.

— Сделано уже.

— С Дариной что?

— Тоже под контролем.

— А сынок Беликова? Смотри, чтобы без лишних телодвижений там.

— Все понял, Андрей Савельевич.

— Все, Русый. Отключаюсь. На связи.

Я отключил телефон и заказал выпивку, пытаясь унять нетерпение, чувствуя себе в ловушке под названием ""наберись терпения и жди"". Ждать всегда тяжело, особенно если впереди — неизвестность и нулевая гарантия результата. Это можно сравнить с надеждой, которая, стоя на лютом морозе, сбрасывает сейчас последнее захудалое платье.

Я не имею сейчас права на сомнения. Не имею. Потому что это выход, который я обязан найти. Обязан. Иначе… никаких иначе, бл***. Я найду этот гребаный компромат и засуну его Беликову в глотку. Пусть давиться им, проклиная Воронов и ту секунду, когда наши пути пересеклись. Он не понимал, с кем связался. Не с очередной шайкой, группировкой или братками, свихнувшимися на бандитской романтике.